Блоги

“Самое страшное – не знать, что будет дальше”. Рассказ девушки, служившей на секретной базе в Израиле

Родители Карин Ламм родом из Латвии, а сама она живет в Израиле с рождения, но русский язык знает вполне неплохо. Три месяца назад девушка вернулась из армии. Карин работала на секретной военной базе в Тель-Авиве, но немного об этом опыте все-таки рассказала ZIMA Magazine.

Из школы – на службу

В 11-12-м классе школы всем приходят повестки в армию. Предварительно нас спрашивают, куда мы хотим попасть, но это совсем не значит, что в итоге мы там окажемся. В Израиле очень много баз, сложно предугадать, куда тебя отправят. Я хотела стать “боевой” (попасть в боевое подразделение), но у меня выявились проблемы со спиной, и индекс здоровья в общем профиле вышел низким. Поэтому я могла рассчитывать только на так называемую офисную работу.

Профиль – это такая балльная система: чем балл выше, тем более ты пригоден для службы. Баллы начисляются после обследований – каждому призывнику нужно сдать много анализов и обойти многих врачей. Если ты хочешь участвовать в настоящих военных действиях, твой профиль должен быть от 80 баллов и выше. Самый высокий профиль – 97. По-моему, никто не знает точно, как именно они его высчитывают.

В Израиле сначала ты служишь, а потом продолжаешь учебу. Я не могла никуда улететь или поступить в вуз: ждала призыва. Затем дату перенесли на октябрь, затем снова перенесли – и так год.

После окончания школы я еще почти год была дома и ждала вызова в армию, даже успела сдать на права. В Израиле сначала ты служишь, а потом продолжаешь учебу. Вот я в июне 2015 года закончила школу, и мне сообщили, что в июле я уже поступлю на службу. Я не могла никуда улететь или поступить в вуз: ждала призыва. Затем дату перенесли на октябрь, затем снова перенесли – и так год.

В боевых подразделениях женщины служат больше 2,5 лет, мужчины – 3 года, офисные сотрудники – 2 года. Можно, конечно, перевестись из офиса на поле боя (и обратно), но это сложно. Сами понимаете, государство не хочет брать ответственность за ваше здоровье на себя. Хотя солдаты на передовой нужны всегда.

Ходить на военную базу как в офис

Сначала, на протяжении двух месяцев, мы проходили курс молодого бойца. Это обязательно для всех – даже для тех, кто потом будет заниматься офисной работой. На курсе учат обращаться с оружием, жить в полевых условиях, передвигаться в пустыне. По пятницам можно съездить домой. Курс тяжелый с самого начала – и потому что ты бывший ученик, уже не дома и живешь в палатке, и потому что находишься в новом коллективе. Еще в моем случае это все проходило в апреле: стояла неимоверная жара, а ночью часто шел дождь.

Курсы молодого бойца девушки и парни проходят раздельно, но воинскую повинность несут уже вместе. В Израиле есть религиозные отряды, где служат только мужчины, но в основном это смешанная армия.

Служба в израильской армии оплачиваемая, но зарплата низкая. Сейчас, кстати, ее повысили, но раньше, например, когда служил мой старший брат, была всего 300 шекелей (чуть более 5000 рублей – прим. ред.) в месяц. Сейчас боевые получают больше 1000 шекелей, офисные – 800. Чем выше звание, тем, соответственно, больше ты получаешь. Мужчинам и женщинам платят одинаково.

С виду моя служба на секретной базе оказалась обычной работой, куда ты ходишь каждый день. Поскольку я жила в Тель-Авиве, то каждое утро надевала форму и шла на базу из дома. Я подписала бумаги о неразглашении, поэтому не могу рассказать, чем конкретно там занималась. Скажу лишь, что без нас солдаты не справились бы. Сама база расположена прямо в городе, это большое здание, где есть бункер, и никто не знает, что там происходит.

Наша команда состояла из мужчин и женщин всех возрастов и званий. Были и опытные солдаты, и вчерашние дети. Все учили друг друга, да и вообще обстановка была дружеская.

Самое страшное – не знать, что будет дальше. Были моменты, которые и нам знать не следовало. Иногда мы работали и даже не знали, для чего выполняем ту или иную задачу, когда сможем освободиться и выйти с базы. Были моменты, когда мы сидели там дни и ночи, и не знали почему.

Быть военным престижно. Вне зависимости от пола

Когда я еще проходила курс молодого бойца, то хотела построить карьеру в армии, но потихоньку, по мере службы, поняла, что это не то, чем я хочу заниматься. Хотя есть женщины, которые работают в армии до пенсии.

Вообще быть военным в Израиле – это уважаемая профессия и для мужчин, и для женщин. Хотя когда-то было по-другому: лет 40 назад служили только мужчины. Они уходили из дома и оставляли женщин с детьми. Еще 10 лет назад, как мне рассказывали, женщину-офицера никто не слушал и не верил, что она что-то знает или умеет. Сейчас все меняется: в Израиле поняли, что женщины тоже могут все, все тяжело работают и не смотрят на половую принадлежность.

Кстати, даже если ты не захотел связать свою жизнь с армией в дальнейшем, то на любой другой работе строго учитывается, служил ты или нет. Например, между мужчиной, который не служил, и мной, отслужившей, всегда выберут меня.

В Израиле все очень гордятся военными: когда солдат идет по улице, едет в автобусе, все смотрят на него с уважением, помогают. В магазинах могут не брать с него денег.

В Израиле все очень гордятся военными: когда солдат идет по улице, едет в автобусе, все смотрят на него с уважением, помогают. В магазинах могут не брать с него денег, поездки на общественном транспорте бесплатны, в кино билеты стоят дешевле.

У меня есть подруга, она служила в боевом подразделении и рассказывала, что они много стреляют, месяцами не бывают дома. Но это то, чего она хотела, ей нравится служить. Если у нее появятся какие-то личные проблемы, то на этот случай на каждой базе есть психолог. Правда, просто так ты к нему не попадешь: офисным работникам еще надо доказать, что у них есть такая потребность. А вот боевым в этом плане легче: все знают, что они видят вещи, с которыми порой сложно жить.

В школе у меня тоже были знакомые, которые служили в боевых войсках. Делились, как были в Гаазе, видели ранения, смерть, в том числе своих друзей. Это меняет человека, это все меняет. Они вернулись уже не теми людьми, какими я знала их в школе. Об этом трудно говорить, и редко кто заводит разговоры о службе. В Израиле почти никогда нет тишины, и мы просто стараемся не думать о том, что за этим стоит, но всегда готовы к худшему.

Фото из личного архива Карин.

Другие истории о том, как люди живут в разных странах, читайте в телеграме ZIMA Magazine.

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите CTRL + ENTER

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: