Истории

«Рак вернул меня к жизни». Как Надя Шишканюк сбежала от мужа-абьюзера

Надя Шишканюк
Надя Шишканюк

От редакции: одна из самых больших проблем, с которыми сталкиваются люди при переезде в другую страну – это домашнее насилие и абьюзивные отношения. Это понятие появилось не так давно даже на западе, а в России многие и вовсе еще не слышали слова «абьюзер» или «газлайтинг». И оттого жертвы такого насилия часто не понимают, что переживают настоящее насилие, запрещенное британским законом. 

Абьюзивные отношения включают в себя физическое, эмоциональное и сексуальное насилие в супружеской паре. В них может попасть кто угодно, но большинство жертв – женщины. 

Абьюзеры проявляют себя по-разному, но это всегда связано с властью и контролем. Нередко абьюзер проявляет себя во время беременности и после родов, когда женщина наиболее уязвима и зависима от мужчины.

Для недавно переехавших в другую страну женщин ситуация часто усугубляется незнакомой обстановкой и изоляцией от семьи и близких: они чувствует себя незащищенными и не знают, что делать в такой ситуации.

ZIMA не раз писала об этой проблеме. У нас была статья о женщинах из стран бывшего СССР, которые пережили это на собственном опыте, а также чек-лист, по которому можно определить, являетесь ли вы жертвой таких отношений. 

А в этой статье историю своих абьюзивных отношений и восстановления после них рассказывает жительница Лондона Надя Шишканюк. 

Никто не застрахован от абьюза

Как вы считаете, кто является потенциальной жертвой нарцисса-вампира-психопата?

Пять лет назад в моем понимании это была неуверенная в себе девушка, возможно, из неблагополучной семьи, с большими проблемами с самооценкой и уровнем нормы.

Но уж никак не я – свободная, независимая, счастливая, с классной любимой работой, широким кругом общения и так далее. Однако через три года брака я имела: онкологию, полную потерю себя как личности, стопроцентную финансовую зависимость от мужа, ни единого близкого человека рядом в чужой стране, маленького ребенка на руках и единственное желание – закрыть глаза и больше никогда их не открывать.

В моем случае работал буквально хрестоматийный сценарий: «идеальный рыцарь» (на самом деле мастерски им притворившийся) вознес меня на пьедестал так, что корона цепляла звезды, а потом начал незаметно втыкать маленькие шпильки вроде «какая ужасная сумка, выкинь немедленно, нам надо поработать над твоим вкусом», «как, ты не бывала за границей/не получила МВА/не заработала миллион – в твоем возрасте это стыдно!». И так далее. На естественную реакцию недоумения следовала встречная обидка из серии «ты неадекватная и не воспринимаешь конструктивную критику». Потом приносились извинения, но вскоре атака на границы повторялась снова с еще большей силой.

Ювелирная работа велась по всем фронтам: ревность, критика внешности и поведения, обесценивание прошлого, сравнения не в мою пользу с другими женщинами и так далее. Сначала изредка и невзначай, потом все чаще и больнее.

К моменту первых укусов я была по уши влюблена, и эти слова имели для меня большое значение. Очень скоро от моей самооценки осталась одна пыль, и главное, чем был ознаменован тот период, – моя искренняя вера в то, что это именно я (убила Кеннеди – зачеркнуто) во всем на свете виновата.

«Ты провоцируешь» – эта мысль внушалась мне практически ежедневно, даже если я уже просто сидела и не отсвечивала.

Если лягушку бросить в горячую воду, она мигом оттуда выпрыгнет. Если поместить ее в комфортную теплую водичку и постепенно нагревать – сварится заживо. Здесь действует абсолютно тот же принцип: если жертву сразу сильно испугать, она убежит. А если отъедать от нее по маленькому кусочку, полируя рану обещаниями светлого будущего, искренними раскаяниями и периодами «медового месяца», то она и сама не заметит, как потеряет большую часть жизненной силы и уже не сможет сопротивляться более серьезным нападкам.

Итак, в состоянии глубокого транса и на почти восьмом месяце беременности я прилетела в Англию.

Запугивание и ограничение личной свободы

Самое интересное началось, конечно, после рождения ребенка – это был очень мощный рычаг для манипуляций. Бывший муж запугивал меня социальными службами, которые, по его словам, обязательно заберут дочь, если узнают о ситуации в семье (спойлер – так оно и есть, только от абьюзера защитят не только ребенка, но и вас), либо просто прятались документы, телефон и любые средства связи и проводились долгие «воспитательные» беседы.

Все, что происходило, я обязана была тщательно скрывать. Если друзья начинали задавать вопросы, почему я грустная или выгляжу уставшей, или, не дай бог, я недостаточно тщательно маскировала синяки, это было поводом для очередного скандала. Для всех мы были идеальной семьей – фейсбук пестрил счастливыми фотографиями и никто не знал, что на самом деле происходит за закрытой дверью.

домашнее насилие
Герои фильма «В постели с врагом» – классический абьюзер и классическая жертва

В то же время он старательно создавал иллюзию изобилия. У меня было, казалось, все: брендовая одежда и украшения, коллекция обуви, которой позавидовала бы Кэри Брэдшоу, хорошая машина – то, что делало меня глянцевой картинкой, которую не стыдно показать. А вот за личными финансами велось пристальное наблюдение. Я просто говорила, что я хочу, и это покупалось, либо выделялись конкретные суммы на ведение хозяйства, что исключало любую возможность иметь деньги в свободном пользовании, и, соответственно, я не могла даже уехать куда-то на такси. И мне в голову не приходило, что в этой ситуации есть что-то плохое или странное.

Для всех мы были идеальной семьей – фейсбук пестрил счастливыми фотографиями, и никто не знал, что на самом деле происходит за закрытой дверью.

На самом деле, как я сейчас понимаю, моя психика включила защитные механизмы, и я в определенный момент перестала вообще что-то чувствовать. Не было больше ни боли, ни радости, ни, собственно, жизни. В особо опасные периоды был страх за себя и ребенка, на примитивном животном уровне, но потом все «приходило в норму», и я снова превращалась в слабо функционирующую телесную оболочку. Не существовало ни прошлого, ни будущего, ни настоящего – меня вообще больше нигде не существовало.

А еще мне было очень стыдно. Ведь «с хорошими девочками не случается ничего плохого», и раз моя жизнь превратилась в персональный филиал ада на земле, значит, я это заслужила.

Впервые я задумалась о том, что мне нужна помощь, и вообще я имею на нее право, абсолютно случайно. На следующий день после очередного срыва супруга мне позвонила наша общая знакомая и поняла, что я не в себе. Она задала пару наводящих вопросов, а вечером прислала телефон центра поддержки жертв домашнего насилия.

С этого начался мой долгий и очень неуверенный поначалу «путь наверх».

С момента моего первого звонка на горячую линию до побега прошло два года.

Скорее всего, я бы на этот шаг так и не решилась, если бы в один прекрасный момент мне не стало совсем плохо.

И меня не положили в больницу.

И не поставили диагноз.

Рак

Скажу вам честно, такие новости заставляют немного задуматься о том, а не свернула ли моя жизнь куда-то не туда, и стоит ли за нее вообще бороться.

Мне сложно описать реакцию мужа на мой диагноз, просто потому что ее не понять, если вы никогда не сталкивались с миром психически больных людей. Скажем так, она была, как и вся наша жизнь, очень амбивалентной. С одной стороны, его всегда ужасно злило, когда я болела и частично теряла функциональность, а уж известие о тяжелой болезни попросту привело его в бешенство. В то же время он ужасно переживал и принял на себя чуть ли не всю ответственность за случившееся. Дошло даже до того, что когда началось мое лечение, он уехал в другую страну и лег там в психиатрическую клинику.

Честно говоря, это вселило в меня надежду на то, что мы оба сможем пройти через эти испытания и выиграть. Особенно когда он вернулся и какое-то время все было просто идеально, но, к сожалению, недолго.

Когда я разозлилась

И вот настал тот спасительный момент, когда я наконец-то по-настоящему разозлилась. Я увидела, как поникли мои близкие люди, каким ударом это все стало для моей семьи и друзей, и невероятно сильно разозлилась на всю ситуацию в целом. В итоге именно злость помогала мне вставать с кровати после химии, ехать в социальные службы и к адвокатам, менять адвокатов, которые считали мой кейс безнадежным на тех, кто в меня верил. Злость делала сознание чистым, а цели ясными, несмотря на то, что в процессе лечения меня стремительно покидали силы, а ситуация в семье становилась все хуже и хуже.

Происходящее было абсолютным сюрреализмом, но в итоге мне помогло то, что под влиянием захлестывающих эмоций бывший муж стал терять бдительность. В подходящие моменты я делала записи на диктофон и фотографии побоев, вела дневник инцидентов, хранила все на облачных сервисах, которые не были синхронизированы с девайсами.

Ну и мой супруг собрал бинго, когда втихую начал отношения с другой женщиной. 

Я считаю, что ситуация сложилась наилучшим образом. Рак придал мне волшебное ускорение к жизненным переменам, а концентрация на преодолении сложностей ради свершения этих самых перемен не давали свалиться в депрессию или хотя бы день погрустить по поводу болезни. 

Как я уже упоминала, я столкнулась со множеством проблем, начиная от визового вопроса (моя виза жены истекала вот-вот, и никто, разумеется, не собирался ее продлевать), заканчивая невозможностью доказать финансовый абьюз. Это отдельная длинная история, если очень вкратце, на мое имя были открыты бизнес-счета, к которым у меня, разумеется, не было доступа, и поэтому я не попадала в категорию женщин, которым полагается помощь. В общем, это был долгий путь, но на моей стороне были хорошие люди, удача и моя любовь к сложным вызовам, и поэтому все получилось.

Побег

Побег был достоин шпионского фильма. В один момент позвонил прикрепленный ко мне социальный работник и сказал: «Хорошие новости, твой кейс одобрили и у нас есть место, где тебя спрятать». У меня было несколько часов до возвращения мужа из поездки, и в это время нужно было не только собрать вещи, но и оформить все необходимые документы.

Мне тогда очень повезло, что прилетела мама, она занималась сборами и ребенком, пока я улаживала бюрократические нюансы. С двумя чемоданами самого необходимого мы исчезли, и никто не знал куда. Всем общим знакомым были озвучены разные версии, я делала чекины в аэропортах, которые выкладывала в соцсети, что сбило бывшего со следа и он, как я и рассчитывала, улетел искать нас в Украину.

Это дало мне еще немного времени, чтобы оформить запрет на приближение.

Вообще первые дни после побега я помню очень слабо. Помню, что была зима, и я просто сидела на полу возле батареи (нас поселили в пустую квартиру без мебели) и пыталась осознать, что самый большой кошмар моей жизни закончился. Впереди было еще несколько курсов химии, но это вообще не воспринималось мной как какая-то проблема по сравнению с тем, через что пришлось пройти.

Я всю жизнь буду благодарна моим друзьям, которые моментально привезли нам все, что было нужно на первое время, от одеял, посуды и еды до… вазы для цветов. Вокруг все стало как-то без моего участия происходить, налаживаться, обустраиваться, а я просто сидела на том полу и заново училась дышать.

Для меня все закончилось хорошо. Никакого геройства в лечении онкологии я не видела, от меня всего лишь требовалось принять ситуацию и делать все, что говорит врач, потому что не было другого варианта. Мне повезло заболеть не самой тяжелой формой и застать ее на ранней стадии, вот и все. Именно поэтому я могу относиться к этому как к своевременному жизненному уроку по непредательству себя.

Я пишу эту статью прежде всего для женщин, которые могут узнать себя в моей ситуации, для того, чтобы они не доводили себя до настолько критической границы жизни и смерти и просто поверили в то, что другая жизнь возможна. И ни одно живое существо на планете не заслуживает издевательств и унижений.

Кадр из сериала Big Little Lies

О чем важно помнить

Самый важный совет, который мне очень помог, дала моя подруга, и я не раз повторяла его девушкам, которые позже обращались ко мне за помощью: решив встать на этот путь, ты должна забыть о сострадании к человеку, от которого уходишь. На первом месте должны стоять интересы твои и ребенка, и ради этого нужно сделать все возможное, совершенно не думая и не переживая о том, какие последствия ждут твоего будущего бывшего партнера. 

Сложнее всего – забыть о сострадании к абьюзеру.

На удивление, именно это является самым сложным, но совершенно необходимым.

Сделав одну ошибку, один шаг назад, можно не только потерять шанс на освобождение, но и детей. Малейшая лояльность к абьюзеру будет означать сопричастность к созданию опасной ситуации в семье, и это очень серьезно.

Сложно признать, что твоя любовь никого не исцеляет.

Сложно посмотреть правде в глаза и обнаружить, в каком ужасе ты оказалась.

В хроническом состоянии выученной беспомощности очень сложно поверить, что в твоих силах на что-то в своей жизни повлиять.

Когда жизненной энергии еле хватает на то, чтобы дышать, сложно найти силы на решительные действия.

Но обнаружив себя на дне, можно использовать это как опору и оттолкнуться. В том случае, если выбор сделан в пользу жизни.

Где взять силы двигаться вперед?

К сожалению, самостоятельно выбраться из такой ситуации практически невозможно. Прежде всего, понадобится адекватная группа поддержки из людей, которые будут в тебя верить, понимать твои внутренние процессы и смогут помочь в те моменты, когда будут опускаться руки.

Важно читать истории успеха, это также даст опору на чужой опыт. Общайтесь с девушками, которые прошли через подобное, но желательно с теми, чья жизнь уже пришла в норму. Люди, у которых боль не прошла, не могут дать чувство плеча и скорее заберут ресурс, чем дадут его. 

Избегайте негатива и осуждения. К сожалению, русскоязычное пространство отличается неискоренимым виктимблеймингом. Период холиваров оставьте на будущее, а пока просто проходите мимо и старайтесь не принимать близко к сердцу все это мракобесие. Токсичные идеи транслируют и многие популярные психологи, и звезды медиа: нужно понимать, что известность не делает их мнение единственно верным.

Максимально подробно представьте себе ту жизнь, в которой нет места насилию. Вспомните, что такое дышать полной грудью, заниматься любимым делом, чувствовать себя сильной, ценной, любимой. Пусть эта картинка тянет к себе, как магнит. Да, мне в мои 28 лет тоже казалось, что жизнь закончена и ничего хорошего меня больше не ждет. Согласитесь, это звучит смешно.

Сейчас мне критически не хватает часов в сутках, чтобы успеть сделать все, что мне интересно. Я чувствую благодарность за каждый прожитый день и в каждом дне случаются счастливые моменты. Кроме того, я спокойно могу позволить себе все смертные грехи хоть сто тысяч раз, быть несовершенной и жить несовершенную жизнь, получая от нее огромное удовольствие. Просто быть собой, живой, настоящей во всех проявлениях.

Меня окружают потрясающе прекрасные люди и я каждый день нахожу вдохновение в их поступках. Сравните это с тем, о чем я писала вначале.

P.S. Бывший супруг полностью признал свою вину перед судом и пошел на все мои условия. На сегодняшний день у него было еще несколько курсов лечения в психиатрии, и это дало свои результаты. Какое-то время он жил в другой стране, сейчас вернулся в Лондон и регулярно общается с ребенком.

Где искать помощь, если вы чувствуете, что не справляетесь в одиночку?

В Британии есть телефонные линии поддержки для тех, кто проходит через болезненный процесс психологического и эмоционального насилия. Нередко газлайтинг идет в паре с физическим насилием. Именно поэтому стоит знать, что существуют службы поддержки, где вы сможете получить не только психологическую помощь, но и реальные советы.

0808 2000 247 – бесплатная круглосуточная линия для всех, кто подвергается домашнему насилию.

0808 801 0327  – линия для жертв мужского пола. Работает с понедельника по пятницу с 10.00 до 13.00 и с 14.00 до 17.00. Дополнительная информация: www.mensadviceline.org.uk.

0300 999 5428 – линия для членов LGBT-сообщества. Работает в понедельник с 14.00 до 20.00, в среду с 10.00 до 17.00 и в четверг с 14.00 до 20.00.

Больше информации: www.broken-rainbow.org.uk.

0844 8044 999  — бесплатная круглосуточная линия, где можно получить юридическую консультацию по вопросам домашнего насилия.

Больше информации: www.ncdv.org.uk.

0808 802 4040 – линия для тех, кто чувствует, что сам является источником психологического и/или эмоционального насилия. Работает с понедельника по пятницу с 10.00 до 13.00 и с 14.00 до 17.00.

Больше информации: www.respectphoneline.org.uk.

Рекомендуемая литература:

Таня Танк. Бойся, я с тобой

Татьяна Дьяченко. Опасный нарцисс

Робин Норвуд. Женщины, которые любят слишком сильно

Больше лондонских историй – у нас в телеграм-канале

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите CTRL + ENTER

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: