Актуально

Неделя с Дмитрием Сошиным: протесты недопущенных, невиноватый Путин, фото на Abbey road – 50 лет

Дмитрий Сошин продолжает наблюдать за жизнью. В этот раз он пишет о России – потому что уехал туда на каникулы.

О митингах недопущенных

Мой отпуск в Москве и Питере совпал с акциями в поддержку недопущенных к выборам в Московскую Городскую Думу кандидатов от оппозиции. Очень полезная и освежающая смена декораций: когда слишком долго возишься с «Брекзитом» и мелкими островными проблемами, упускаешь знаковые вещи, происходящие дома. 

То, что оппозиция протаптывает дорожку во власть через местные законодательные органы (хочется по старинке назвать их советами и вспомнить виртуозов по этой части, большевиков в начале 1917-го), – процесс предсказуемый и для нынешней власти чрезвычайно волнительный. И желание отсечь «наиболее активных и наглых» еще на подготовительной фазе выглядит правдоподобно. Но хочется отстраниться и посмотреть на это дело со стороны.

Подделать подписи способен любой, в том числе и самый «светлый и честный» политик-оппозиционер, но чтобы не допустить его на выборы, необходимы железные доказательства. В западной Европе подобные споры возникают редко. Здесь больше доверяют своим «избиркомам», к тому же в большинстве стран имеются надежные механизмы проверки. В Британии они по сути не нужны: для выборов в парламент кандидату надо собрать всего 10 (десять) подписей от избирателей его (ее) округа. Чтобы «пробить» этих людей, потребуется несколько телефонных звонков.

У нас же все упирается в вопрос «верю-не-верю», все остальное размыто. Главный аргумент недопущенных: москвичи видели, как их активисты во дворах, возле метро, на детских площадках собирали подписи. Это правда, они даже подошли к моей соседке по подъезду, объяснили, кто они, кого представляют и получили подпись. Соседка уверена: московские власти и ЦИК забраковали честные голоса. Почему ей не верить? Она адекватная и порядочная женщина. Теперь возьмем представителя ЦИК – незнакомого мне, но априори уважаемого человека, не доверять которому тоже вроде нет никаких оснований. А он утверждает, что долго и мучительно проверял подписи и обнаружил, что многие не соответствуют тому, что есть в базах данных МВД и ГАС «Выборы», и содержат странные ошибки. Ну формально это тоже можно принять. 

Кому в этой ситуации верить? Беда в том, что никто не полезет с увеличительным стеклом сверять каждую подпись, а только таким скучным и негламурным образом можно во всем разобраться. И другой важный, повисающий в воздухе вопрос: готов ли ЦИК допустить в свои коридоры независимых экспертов? И тут понадобится уточнение – кого они считают независимыми?

Что мы имеем в сухом остатке. Либеральная общественность уверена в том, что Кремль руками Собянина сорвал честные выборы, а власть и голосующие за нее люди (их ведь довольно много) видят в действиях оппозиции желание спровоцировать хаос и сорвать обиду за «пролет» с регистрацией. То, что в этом деле так быстро поставили точку, власти (московские и федеральные) еще пожалеют. Это не последние выборы, количество недопущенных и обиженных будет увеличиваться и в какой-то момент достигнет критической массы.

А теперь об очевидных, лежащих на поверхности вещах. Меня поразила неоправданная жесткость во время разгона несанкционированных митингов. Зачем нужно было винтить выполнявших свою работу журналистов и обычных прохожих? Да, митинг не санкционирован, но у нас почему-то чаще всего запрещают акции в защиту избирательных (политических) прав. 

Как же тогда изволите выражать законный протест, тем более что Конституция РФ это не запрещает: статьи 28, 29, 31 вроде еще в силе? И, наконец, с омерзением наблюдаю за ректорами отдельных вузов, как же они метнулись «зачищать» вверенные им храмы науки от политически активных студентов! Красавцы, начальство это отметит и поощрит. Как же мне повезло, что в МГУ я оказался в перестроечные времена, ректором был Ясен Засурский, а выпустился я в начале девяностых!

А с чего я начал? С отпуска. Прошел он феерически. И Москва, и Питер – города, которое не перестают удивлять. И не только города, люди тоже зажигают. Сидя в зале вылета «Пулково», я с отвалившейся челюстью смотрел в ютюбе, как Надежда Кадышева со своими баянистами поет  «Перемен!» Виктора Цоя. «Металлика» с «Группой Крови» ей в подметки не годится.

И еще один символ августа 2019-го – набирающий бешеную популярность Telegram-бот, добавляющий к любой фотке рамочку из омоновцев и ребят из Нацгвардии (с его помощью мы за секунду сделали на этой неделе иллюстрацию к этой колонке – ред.). Искусство улиц в массы!

Путин не виноват?

На этой неделе произошло событие, которое формально лишает британские таблоиды права выходить с полюбившимся им заголовком «Путин отравил Скрипалей!».

Нил Базу, глава контр-террористического отдела Metropolitan Police, признал, что на данный момент ни он, ни его подчиненные не располагают доказательством причастности президента России к отравлению Сергея и Юлии Скрипалей и смерти жительницы Эймсбери Дон Стерджесс.

Базу заявил журналистам The Guardian следующее: «Необходимо доказать, что он (Путин) в этом напрямую участвовал. Чтобы получить Европейский ордер на арест, должны быть основания, чтобы предъявить обвинение в этой стране. Таких оснований у нас нет. Мы – офицеры полиции, и нам необходимо свидетельство (вины). Пока есть лишь много спекуляций относительно того, кто несет ответственность, кто отдавал приказы, и все это зиждется на экспертных знаниях о России. Мне же необходимо свидетельство».

Любопытно, как эти слова интерпретировали автор статьи The Guardian и процитировавшие ее коллеги из российских информационных агентств. Заголовок статьи в The Guardian: «Столичная полиция изучает причастность Путина к атаке в Солсбери», заголовок заметки в РИА Новости: «Лондон признал отсутствие доказательств причастности Кремля к делу Скрипаля». Два мира, два Шапиро.

Я бы не спешил ставить знак равенства между позицией официального Лондона и мнением высокопоставленного офицера полиции, хотя в любом случае считаю новость эту важной. 

Возможно это первый, маленький шажок к дипломатическому примирению между Россией и Британией. Потепление может произойти и в случае, если обе стороны категорически останутся при своем, а по-другому и не получится. 

Если отравили, скажем, не по путинскому приказу, а по указанию генерала Х, это еще может снизить градус напряженности. И в Москве понимают, что после всего сказанного и показанного британцы не поменяют пластинку. В условиях словесной войны с Брюсселем Джонсону даже временное перемирие с Москвой пришлось бы кстати, а ей нужны британские инвестиции. Активное зондирование крупного британского бизнеса Кремль начал еще в марте. Никакой политики, господа, исключительно деловые интересы.

Самолеты не летают, поезда не ходят!

Почти всю неделю в крупнейших аэропортах и вокзалах Лондона творится полный бардак. Это не цитата из репортажа советского журналиста-международника, это суровая правда жизни. Сначала пассажиров пугали забастовкой пилотов British Airways, но в конце концов самолеты не взлетели по иной причине. В компьютерной системе BA случился сбой, после чего в Хитроу и Гэтвике разом отменили сотни рейсов. На момент написания этой статьи воздушное движение стало потихоньку приходить в норму, но параллельно началась засада с поездами. Вечером в четверг, в самый час пик замерло движение на вокзале Юстон. Угадайте с трех раз, что случилось? Signal failure! Если семафоры для британских железных дорог делают французы, то налицо откровенное вредительство. На это надо ответить пикетами возле французских ресторанов (с требованием понизить цены)! Если же это отечественный продукт, завод надо закрыть, а рабочих отдать не растерзание людей, проторчавших четыре часа возле гигантского табло центрального зала Euston Station.

Такое ощущение, что страна коллективно готовится к Апокалипсису, под которым давно подразумевают «жесткий Брекзит». То, что здесь часто отменяют самолеты и поезда – не новость, но беда в том, что транспортный коллапс совпал с пиком отпускного сезона. Опоздать на работу – это еще можно как-то пережить, но если три пинты выпиты, чипсы съедены, дети уже в ластах, а рейс на Майорку отменили, то Великая Августовская Революция может случиться прямо в зале вылета. 

На днях Британия чуть было не вылетела из программы Interrail. Она позволяет кататься с одним билетом по всем железным дорогам Европы. Еще в 80-е годы многие мои английские друзья, тогда еще не лысые толстые дядьки, а худенькие студенты, благодаря «единому по всей Европе» смогли укатить за железный занавес и увидеть Прагу, восточный Берлин и Будапешт.

Сейчас же руководство Interrail (там засели голландцы) и британские представители до последнего не могли согласовать новый проездной документ: нужно ли снабжать его отдельным британским  вкладышем? Спор, на мой взгляд, абсурднейший, учитывая, что народ давно скачивает билеты на мобильник и проходит по штрих-коду.  

Зебре на Abbey Road – 50

Этой великой фотографии 50 лет. Двух известных людей на снимке уже нет в живых. И автор фото, шотландец Иэн Макмиллан, ушел из жизни в 2006-м. Он снял портреты многих знаменитостей, выпустил несколько прекрасных фотоальбомов о Лондоне и Нью-Йорке, его фотопейзажи украсили известные музеи. Но мировую славу принес один-единственный снимок. 

8 августа 1969-го Пол, Джон, Ринго и Джордж, писавшие альбом Abbey Road в EMI Studios (позже ее стали называть Abbey Road в честь The Beatles), не горели желанием сниматься. Музыканты не хотели отвлекаться от работы, позировать. Кто-то сказал: «А почему бы не снять их на дороге?». Так и сделали. Маккартни накидал скетч на бумаге, Макмиллан выбрал точку – переход-зебру напротив студии, мальчик-ассистент установил стремянку. Взобравшись на неё, фотограф сделал всего шесть кадров, прогнав музыкантов пару раз по переходу. Вся сессия заняла около 10 минут: полицейскому трудно было сдерживать движение. 

Трудно объяснить, почему этот снимок вошел в историю, ведь в нем нет ничего удивительного: четверо молодых людей, не глядя в объектив, переходят лондонскую улицу. Культовым он во многом стал из-за этих молодых людей, но не только. Фотография с обложки альбома волшебным образом «легла» на собранные в нем песни. Когда слышишь Come Together или Here Comes the Sun, первая зрительная ассоциация (не только моя, многих спрашивал) – «битлы» на переходе. Простой, динамичный, ёмкий образ.

Эту фотографию битломаны толковали как священную книгу. Пол Маккартни на снимке босой и c сигаретой в руках – значит, он правда умер, а снимался двойник! Вот у него сигарета в руках – это точно «гвоздик в гробу»! 

В 1993-м Маккартни отретушировал культовое фото для своего альбома Paul is Live: убрал Джона, Ринго и Джорджа, добавил себя постаревшего и собаку. В названии альбома насмешка над фанатским мифом “Paul is dead”. Всё же колдовство в этом снимке точно есть. Фотограф умер 8 августа – в день рождения бессмертной фотографии. 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: