Отношения

«В России такое легально просто невозможно». Как живет русскоязычное ЛГБТ-сообщество в Лондоне

Владимир родом из маленького шахтерского городка под Донецком. В 10 лет он переехал в Подмосковье, позже поступил в юридический университет. В то время у него уже был молодой человек. «Он собирался переехать в Англию, а я никогда не был за рубежом и даже не летал на самолете. Но у меня накопились небольшие сбережения. Тогда я подал документы на визу и поехал в Лондон. За первые полтора года я выучил английский с нуля, после чего вернулся в Москву и начал работать в рекламном агентстве». 

 

«Я разместил анкету на сайте знакомств для геев, еще когда жил в Великобритании. По возвращении в Москву я не стал ее удалять, но практически никто в то время не пользовался подобными сервисами в России. Поэтому я очень удивился, когда мне пришло гигантское сообщение от парня из Лондона: он работал индустриальным дизайнером и приехал в Москву на трехмесячную стажировку. Мы встретились с ним на кофе, потом я показал ему город, познакомил со своими друзьями и у нас завязались романтические отношения, которые несколько лет развивались на расстоянии. 

Во время одной из поездок в Лондон мы решили прокатиться на London Eye. Зашли в приватную кабинку, и он сделал мне предложение. Я, конечно, согласился. Помню, что все начали хлопать. Это было так неожиданно. И очень трогательно». 

До переезда в Лондон Владимир Мусаев не был открытым геем. Более того, многие коллеги по работе даже считали, что у него есть девушка. Которая, к слову, была просто подругой — с ней он снимал квартиру в столице. Никто ничего не спрашивал напрямую, но почему-то все так решили — Москва еще не была готова обсуждать сексуальную ориентацию. Все действовали «по умолчанию». 

«Мне кажется, некоторые коллеги на работе все-таки догадывались, что я гей. По мне, в принципе, это видно. Но была ситуация, когда моя коллега читала журнал и обсуждала со мной, что пара геев не может воспитывать детей. Почему? Наверное, у нее совершенно не было реального представления о жизни гомосексуалов».

«Реакция женщин была достаточно бурная, а мужчин — пассивно-агрессивная»

Пока Владимир занимался документами для оформления британской визы, в России начался процесс о принятии законопроекта о гей-пропаганде. «Это еще больше подтолкнуло меня к тому, чтобы уехать. Хотя я не представлял, что станет с моей карьерой в Англии». В течение года он добивался получения визы (в первый раз паре отказали без объективной причины, и им пришлось подавать апелляцию, чтобы выиграть дело). Кстати, тогда же молодой человек принял участие в протестном номере журнала «Афиша». Вот такой каминг-аут на всю страну: «В большинстве случаев реакция женщин была достаточно бурная, а мужчин — пассивно-агрессивная», — вспоминает Вова. 

 

 

Свадьба состоялась в Лондоне, куда он прилетел по визе «жениха». «Гостей было около 130 человек. Не смогла присутствовать только моя мама: незадолго до события ее не стало. Я рад, что перед отъездом в Лондон решил ей признаться, что я гей, и у меня скоро будет свадьба. Сначала она ничего не поняла. Замолчала и ушла на несколько часов в соседнюю комнату. А потом вернулась, села и спокойно сказала: «Я счастлива, пока ты счастлив. Покажи фотографии мужа».

Эта была первая гей-свадьба в окружении женихов. На то, чтобы устроить торжество, пара взяла большой кредит: Владимир временно не работал, а Алекс тогда еще учился в университете. Правда, в то время закон о легализации однополых браков в Великобритании еще не был принят. Документы потом не переоформляли, но вот на организации праздника пришлось сосредоточить особое внимание. Например, церковь категорически запретила им использовать любые религиозные референсы. «Была одна забавная ситуация. Мы выбрали песню, в которой звучало слово «церковь». И нам даже пришлось подавать специальное заявление в комиссию, которая проверила текст и убедилась, что мы не нарушаем никакие правила». 

«В гей-культуре часто встречается расовая дискриминация — все точно так же, как среди натуралов»

То, как относятся к гей-паре в Лондоне, в основном, зависит от района. «Мы жили на западе, и там было комфортно. Конечно, случались мелкие стычки, но от этого никто не застрахован. Сейчас мы перебрались на восток — здесь все еще либеральнее», — рассказывает Владимир. А вот в известном районе Сохо, на самом деле, чаще можно встретить туристов, чем местных геев.

 

 

Проблема, которая возникает вне зависимости от района, где ты живешь — это расовая дискриминация. Среди геев она встречается так же часто, как и среди натуралов. «Например, многие ведут себя неэтично по отношению к азиатам или выходцам из Пакистана и Индии. Я лично знаю нескольких человек, которые негативно высказывались в их адрес. Кроме того, существует дискриминация среди трансгендеров. Гомосексуальный расизм очень серьезный и жестокий. Уверен, что если бы я оказался геем-пакистанцем, мне было бы намного труднее жить даже в Лондоне».

«Я прилетел в Лондон и во время прохождения паспортного контроля попросил убежище»

В России Даниель Диос был открытым геем и не раз получал угрозы в свой адрес. «Свой каминг-аут я совершил около 15 лет назад. Тогда в моей жизни случилось много неприятных событий. Самое большое непонимание последовало со стороны друзей и родственников. Некоторые из них даже полностью прекратили со мной общаться». 

Он переехал в Англию из Санкт-Петербурга в 2019 году. «Я прилетел в Лондон и во время прохождения паспортного контроля попросил убежище. В Великобритании нет агрессии по отношению к ЛГБТ-комьюнити. Здесь люди предоставлены сами себе: никто их не судит за выбор партнера или отношений. А в России я постоянно сталкивался с физическим насилием как со стороны общественности, так и со стороны полиции».

Пока Даниель ждал интервью в хоум-офисе, он начал искать русскоговорящие комьюнити в Англии и попал на страничку сообщества RainbowRu (RR). Спустя несколько месяцев молодой человек встретился с активистами в Лондоне: «Я приехал рано утром, меня встретил один из парней и провел мне экскурсию по Лондону. На самой первой встрече мы обсуждали комьюнити, какие у нас планы на будущее и, конечно, собирались вместе отправиться на предстоящий гей-парад».

«Нас можно было увидеть даже на главном экране Пикадилли»

Через пару недель Даниель вернулся в Лондон, чтобы принять участие в своем первом прайде. «Участие в параде стало для меня очень важным событием. Я никогда не был на таких мероприятиях, потому что в России они запрещены, хотя активисты ежегодно отправляют заявки на их проведение». 

 

 

«Для чего нужен прайд и «Месяц гордости»? Для того чтобы донести до окружающих, что представители LGBTQ — это не жители Содома и Гоморры. Мы такие же, как и все. Имеем право на защиту своих прав, любовь и отношения, хотим создавать семьи, жить свободно и без опаски». История прайда берет свое начало с Стоунволлских восстаний в США. Первый парад ЛГБТ-активисты провели еще в 1970 году — именно поэтому летом 2020 «Месяц гордости» освещался так широко: состоялась его 50-я годовщина. Правда, в связи с пандемией все мероприятия проходили онлайн: «Нас можно было увидеть даже на главном экране площади Пикадилли».  

Даниель получил вид на жительство в Великобритании. Сейчас он помогает развивать комьюнити и оказывает поддержку представителям ЛГБТ-сообщества при переезде в Англию: сопровождает их на протяжении всего времени — от подачи заявления на убежище до получения гранта от хоум-офиса. «Мы стараемся налаживать связь с русскоговорящими представителями LGBTQ, которые уже живут здесь. Проблема в том, что при переезде из стран бывшего Советского Союза многие ребята стесняются себя и остаются в собственном мире по привычке, замыкаются в своем «социальном пузыре». 

«В России такое легально просто невозможно»

Ольга Андреевских занимается ЛГБТ-активизмом с 2014 года. Сначала она создала инициативу в родном Нижнем Новгороде — группу «Мы есть», затем поступила в докторантуру университета города Лидс, переехала в Великобританию и написала диссертацию об освещении темы ЛГБТ в российских СМИ. 

На первый лондонский прайд она попала еще до переезда, когда гостила в Лондоне у друзей: «В 2017 году я собиралась идти на парад и поняла, что у меня нет компании. Посетовала на это в соцсетях, и мой друг, директор российского проекта «Парни ПЛЮС», предложил мне самой найти русскоязычных ребят и собрать свою группу. В день прайда я создала группу в Facebook: сходила на парад, выложила фото и обратилась к русскоязычным представителям ЛГБТ, живущим в Лондоне. Откликнулся один молодой человек, который приехал в Великобританию просить убежище. Потом он привел своих друзей с курсов английского языка — так и сложилась группа. Пока что нас немного, но сообщество обязательно будет расти». 

 

 

Именно Ольга создала комьюнити RainbowRu, где познакомилась с Даниелем и другими участниками. В 2018 году сообщество вышло на прайд в составе группы London Friends, а в 2019 — самостоятельно. «Я отправила заявку в Pride in London, и нам ее одобрили. Оплатила небольшой оргвзнос, после чего распространила информацию в соцсетях о первой русскоязычной группе на лондонском прайде. Помимо новых участников, проживающих в Великобритании, к нам приехали несколько человек из России, включая представителей московского комьюнити. Участники группы закупили флаги — радужные и РФ. А я подготовила би-флаг». 

По причине истекшего срока визы, Ольга сейчас вернулась в Россию. Но в будущем она планирует уехать работать за границу: «В России с моей квалификацией и научными интересами будет практически невозможно найти достойную работу». Кроме того, в России она не сможет зарегистрировать брак со своей невестой: «Одной мне вполне комфортно и в России, и в Великобритании, но жить в браке с женщиной и воспитывать детей, конечно, в разы проще за границей. В России такое легально просто невозможно».

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите CTRL + ENTER

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: