Дети

«Мама, я не знал, что люблю учиться!». Писатель Сергей Кузнецов – об академии Le Sallay и о том, как не отбить у детей интерес к учебе

19 марта 2019
Спонсорский

В сентябре 2019 года писатель Сергей Кузнецов и психолог Екатерина Кадиева открывают билингвальную академию Le Sallay, в которой у детей не будут отбивать интерес к учебе.

Это будет смешанная школа, в которой дети от 10 до 14 лет большую часть времени учатся онлайн, а четыре раза в год собираются на выезде в замке Le Sallay в Бургундии. Обучение будет проходить на английском языке, но некоторые предметы будут и на русском.

Le Sallay Academy будет не дополнением к обычной средней школе, а ее полной заменой. Здесь будут учиться дети из разных стран, которым не интересно в обычной школе. 

Первый пробный заезд в Le Sallay Academy уже прошел в начале 2019 года – в школу приехали дети из России и Европы. Результат был такой, какого и ждали преподаватели: «Мама, я не знал, что я люблю учиться!» – говорили дети по окончании смены и не хотели уезжать.

Сооснователь и директор академии Сергей Кузнецов рассказал ZIMA Magazine, кому и зачем нужен такой вид обучения, почему средняя школа во всем мире отбивает у детей желание учиться и что делает команда Le Sallay, чтобы детям в этой школе было интересно учиться и дружить.

Сергей, как родилась идея создать такую необычную школу? И почему она именно для детей 10-14 лет?

Смотрите. У каждого родителя есть два страха. Первый – что его ребенок будет неуспешным. Второй – что его ребенка загрузят учебой и лишат детства.

Начнем с первого. Для того чтобы у ребенка все было хорошо в жизни, нужно было, чтобы он поступил в университет. А для этого нужно учиться в хорошей школе. Помните, как в старых американских фильмах: отдал сына в колледж – и у него жизнь сложилась, всегда будет «чистая» работа.

Но сегодня ситуация меняется. Просто поступить в колледж уже недостаточно. Надо уже в очень хороший колледж. А мест, которые представляют достойное, интересное обучение, не так много. Конкуренция усиливается еще на подходах к тем университетам, где все хотят учиться.

Школ, которые приводят в Гарвард, не хватает на всех.

Поэтому возникает много вариантов альтернативного образования, дающего детям другие возможности не отстать от сверстников.

И тут накладываются два важных соображения: во-первых, хорошая high school отличается не столько академической программой или оборудованием, сколько самими детьми. Туда попадают высоко мотивированные дети, которые с самого начала больше настроены на учебу.

А значит, чтобы туда попасть, очень важным периодом для ребенка оказывается средняя школа – 10-14 лет. Даже не в смысле знаний, а в смысле сохранения мотивации и интереса к учебе. А средняя школа, наоборот, отбивает интерес и снижает интеллектуальную нагрузку. Она самое слабое звено образования, не только у нас, а во всем мире.

А что не так со средней школой в мире?

Много лет я делал лагерь «Марабу» (международный русскоязычный лагерь в Европе, который работает с 2014 года – ред.). К нам приезжали дети и родители со всего мира. И вот на что я обратил внимание: дети хором рассказывали, как им не нравится в школе.

Родители считали, что это им так не повезло и что в других странах школы лучше. Американцам казалось, что школы лучше в Европе, англичанам – что лучше в Азии.

Международный летний лагерь «Марабу», Венгрия

А на самом деле ситуация везде одинаковая: во всем мире средняя школа – самое слабое звено образования. Это связано с тем, как она устроена. В начальной школе один учитель, и там устанавливается эмоциональный контакт между ним и детьми. Дети проводят большую интеллектуальную работу. Они учатся писать, считать, социально взаимодействовать. Это огромная интеллектуальная нагрузка, но при хорошем контакте детям это нравится.

Все исследования показывают, что в средней школе дети по всему миру теряют мотивацию и способность учиться.

В средней школе много учителей, эмоциональный контакт падает, а также катастрофически падает интеллектуальная нагрузка. Есть такое общее представление, что если начать в первом классе всерьез обучать математике, то к концу средней школы они должны будут брать интегралы. А это не нужно всем. Поэтому обычно темп обучения – в 2-4 раза медленнее, чем мог бы быть. И вместо того, чтобы занять детей чем-то интересным, в средней школе им дают много механической работы: что-нибудь заучивать, выполнять проекты (которые не очень хорошо работают для детей 10-14 лет). Делать вещи, которые развивают скорее мелкую моторику, а не интеллект.

И что получается? Уровень мотивации упал, эмоциональная привязанность упала, времени на школу стало уходить больше. Результат: ребенку стало скучно. Все исследования показывают, что в средней школе дети по всему миру теряют мотивацию и способность учиться. И это и есть главная проблема.

И как это можно исправить?

Когда мы делали «Марабу», мы неожиданно выяснили, что если детей нормально нагружать, им это нравится. Оказалось, что настоящая учеба требует включать мозги, и дети были этим страшно довольны.

«Мама, я люблю учиться! Давай поменяем школу!» – с такими словами дети приезжали из лагеря. И это и было отправной точкой.

Но тут включается второй родительский страх – что ребенка загрузят учебой и лишат детства.

Да. Мама-тигр, которая заставляет ребенка учиться, лишает его жизни, отправляя его в такой условный «спорт больших достижений». И большинство не готовы превращать жизнь ребенка в 10-14 лет в такое. Им хочется, чтобы ребенок был счастлив.

Это два полюса, которые находятся в противоречии в современной системе образования. Мы стараемся решать обе эти проблемы одновременно.

А это вообще возможно?

Современная педагогика довольно далеко продвинулась в том, как заинтересовать ребенка учебой. Мы, с одной стороны, делаем насыщенную программу, которая построена системно, а не из разрозненных кусков. С другой стороны, заботимся о том, чтобы детям было хорошо. У нас есть психологи, которые этим занимаются. Мы уделяем много времени отношениям между детьми, а также между детьми и преподавателями. Дети приезжают из школы довольные.

Это и был наш первый импульс – дети должны быть счастливы, и у них должна сохраняться мотивация. Все остальное – следствие этих двух целей.

Почему вы решили открыть не какую-нибудь boarding school, а смешанную, где есть и онлайн-обучение, и обучение вживую?

Наши потенциальные ученики, как и учителя, с которыми нам было бы интересно работать, разбросаны по всему миру. Открыть школу в Лондоне, Париже или Нью-Йорке мы не могли.

Ни интернат, ни онлайн-обучение в классическом виде не работают для детей 10-12 лет. Не случайно в boarding schools не берут детей до 12 лет. В этом возрасте им еще нужно, чтобы родители были рядом. Кроме того, дети этого возраста не очень хорошо обучаются долго онлайн. Коротенький курс на месяц ребенок еще выдержит, но год ему учиться сложно, он теряет контакт с учителем.

Поэтому мы обратились к модели blended learning: чередование очного образования и онлайн.

Замок Le Sallay в Бургундии, где дети будут встречаться каждый триместр

Как будет организован ваш учебный год?

У нас есть три триместра. В начале триместра мы собираем детей в Бургундии, они все общаются, знакомятся, делятся на группы в зависимости от знаний и возраста. Образуются эмоциональные связи. А затем все разъезжаются по домам и два месяца занимаются онлайн.

Через два месяца снова приезжают во Францию. И в конце года еще заключительный приезд.

Сколько онлайн-уроков в день?

Как в школе – около пяти уроков в день.  И это не то, что обычно называется «онлайн-школой», когда ученик получает задание и отправляет его решение. Это нормальный урок, когда каждый день дети включают компьютер, видят учителя и своих одноклассников, выполняют задания.

Наша программа гораздо более насыщенная за счет маленьких групп и персонального подхода. В Бургундии они три недели проводят вместе и много занимаются, и за это время они успевают пройти больше, чем в обычной школе.

Второй важный момент – это отношения между детьми. Все знают, что современные школы борются с буллингом. Хорошая школа может сделать так, чтобы буллинга не было. Но она не может сделать так, чтобы каждый ребенок хорошо интегрировался в социальную среду своих сверстников. Даже у хороших школ нет на это ресурсов.

Мы работаем над тем, чтобы у детей появились друзья.

Но при этом всегда есть дети, у которых не складываются отношения с одноклассниками. Не то что их травят, а именно – отношения не сложились. Иногда это дети с особенностями характера или поведения – причина даже не важна. Главное, что, когда собираем их вместе, у нас есть время для общих игр – отдельно от занятий. Это и спорт, и мастер-классы по комиксам, и creative writing, и игры. Мы это делаем, чтобы в игровой форме дети учились общаться, лучше проявляли свои сильные стороны, выстраивали отношения с другими детьми. Чтобы у них среди сверстников появились друзья.

Кто же те родители, которые отдадут вам детей?

Это родители, которые сильно беспокоятся о будущем своих детей. Которые понимают, что система образования не совершенна. Часто это люди, которые много переезжают. Сегодня они в Лондоне, завтра в Сан-Франциско, послезавтра в Арабских Эмиратах. Для них возможность отдать ребенка в школу, не привязанную к месту, – это большое преимущество.

Также это родители, которые недовольны уровнем школы, но в интернат отправить ребенка не готовы.

И еще это родители детей, у которых не складываются отношения с одноклассниками в обычной школе. Аутистический спектр, СДВГ. Но которые хотят, чтобы не было потери в академическом плане. Для работы с ними у нас есть специалисты, психологи, учителя проходят инструктаж. Мы умеем сделать так, чтобы ребенок с такими особенностями органично вписался в коллектив.

Много ли будет таких детей?

Формально таких детей везде около 15%. Тут надо сказать важную вещь: это абсолютно нормальные, не какие-то «странненькие» дети. Спектр – он на то и спектр, что далеко не всегда заметен. Общаясь с ребенком, вы очень часто никакого спектра и не увидите. В любой московской школе детей с аутистическим спектром и СДВГ – где-то половина, но это никому не мешает.

Знаете, в Штатах есть термин ‘twice exceptional’ – «дважды выдающийся». Это дети в чем-то очень одаренные, в чем-то с особенностями. Это типичный способный ребенок, который в чем-то чувствует себя не очень комфортно.

Так вот, мы умеем сделать так, чтобы ребенок с такими особенностями органично вписался в коллектив. Например, классическое поведение ребенка с синдромом Аспергера – это объяснять всем, что нужно жить по правилам. Это всех раздражает, и учеников, и учителя. Ребенок каждую минуту поднимает руку и обращает внимание на ошибку или рассказывает что-то важное. Мы создаем ситуации, в которых такой ребенок понимал бы, что его желание все делать по правилам не всегда может быть исполнено.

А кто ваши учителя?

Для математики и точных наук мы приглашаем русских учителей. Для гуманитарных наук – английских и американских.

Как и в «Марабу», в Le Sallay мы приглашаем учителей, которые привыкли работать с детьми постарше и давать больше информации, чем обычно дают детям 10-14 лет. Кормление с пипеточки мне кажется вредным. С самого начала мы разработали насыщенную программу. Наш опыт в «Марабу» показывает, что историю искусств на уровне первого курса в университете дети прекрасно понимают.

Как можно поступить в Le Sallay Academy?

У нас нет вступительных экзаменов. В десять лет каждый ребенок развивается в своем темпе. Кто-то быстро, кто-то делает скачок позже. В этом возрасте любой экзамен – это большой и лишний стресс.

Мы присылаем анкету с вопросами для ребенка. Из обязательного – мы требуем только уровень английского языка. Если ребенок до этого учился в международной школе, нам этого достаточно. Если нет, мы проводим собеседование.

Второе – медицинские показания. Также мы должны быть в курсе special learning needs и других важных деталей (например, диеты) до того, как подписать договор.

Все обучение происходит на английском. Но поскольку у нас много детей русского происхождения, родители попросили сделать какое-то количество предметов на русском. Так что школа у нас официально билингвальная: гуманитарные предметы у нас на английском языке, но иногда добавляем курсы про русскую литературу и историю. А математика и sciences – там чередуются английский и русский, потому что детям нужно знать терминологию на обоих языках.

А что с экзаменами, как выпускников Le Sallay будут принимать в старших школах? И сколько стоит обучение?

Дети учатся до конца средней школы, мы выдаем диплом. Но чтобы поступать в high school, им понадобится сдать квалификационные экзамены. Мы заранее планируем, к каким экзаменам кого надо будет готовить – в каждой стране они разные. И еще у нас есть специальный человек, который объясняет школам, кто мы такие и как мы работаем.

Подавать стоит чем раньше, тем лучше. Записаться можно и на этот, и на следующий год. В исключительных случаях можно перевестись и во время учебы, но разумнее будет, если ребенок придет не посреди учебного года.

Стоимость – 35 тысяч евро в год. Это немало, но мы работаем над тем, чтобы у нас были стипендии, и мы готовы предлагать индивидуальные скидки. Так что если вам понравится проект, но будет смущать стоимость, а мы поймем, что не можем без вашего ребенка, то обращайтесь, постараемся что-нибудь придумать.

Подробнее о Le Sallay Academy

Подробнее об умном лагере «Марабу»

Фото Le Sallay Academy

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: