Люди

Как воспитать чемпиона: разговор с бывшей чемпионкой СССР, мамой Стефаноса Циципаса Юлей Сальниковой

Люба Галкина — издатель ZIMA Magazine:
«Больше всего на свете я люблю общаться с людьми. В своей колонке я буду рассказывать о тех, кто меня вдохновляет. Надеюсь, они вдохновят и вас».

 

Я поговорила с известной теннисисткой, мамой четырех теннисистов и женой тренера по теннису, моей подругой Юлей Сальниковой. В мире тенниса отменили все турниры, включая наш английский Wimbledon. Корты, на которых проходит US Open, превратились в больницу, профессиональным игрокам негде тренироваться. Что  ждет любителей этого спорта и поклонников старшего сына Юли — очень молодого и самого красивого теннисиста планеты Стефаноса Циципаса, да и всю их замечательную теннисную семью?

В недавней жизни семью Юли было сложно застать дома, потому что все они были разбросаны по миру, перемещаясь от турнира к турниру. А сейчас они сидят все вместе на карантине в своей квартире при теннисной академии на юге Франции. Они переехали туда прошлой осенью из Греции. Муж Юли, Апостолос Циципас — грек, все их дети родились в Афинах.

Когда мы познакомились с Юлькой (именно так я ее всегда называю) в середине восьмидесятых в Москве, казалось,  судьба осчастливила ее всеми подарками мира — громкие теннисные титулы, поездки за границу (мы даже мечтать об этом не могли) и диплом журфака МГУ, не говоря уже о том, что ее отец был одним из самых известных футболистов страны, со всеми обязательными сопутствующими почестями и привилегиями. Я смотрела на нее с придыханием, хотя ничего не понимала в теннисе и заканчивала экономический факультет МГУ вместе с ее братом Сергеем, который нас и познакомил.

Потом в ее звездной жизни все резко поменялось и наступили годы скитаний по Европе, куда она уехала сразу после открытия границ и где повстречала греческого теннисиста Апостолоса. Потом была прекрасная свадьба на острове Скиятос, куда приехали ее друзья со всего света. Hачалась очень скромная жизнь в Греции. А еще потом, в 1998 году когда нам обеим было уже за 30, мы с ней практически одновременно родили по ребенку, и, в отличие от меня, она на этом не остановилась, а родила еще троих.

Рождение детей практически никак не отразилось на ежедневных уроках тенниса. Среди Юлькиных многочисленных учеников были самые известные люди Греции, я сама была пару раз свидетелем, как она выходила на корт сразу после родов, очередной малыш спокойно лежал в переносной кроватке на корте, в то время как другие ее малыши играли теннисными мячиками.

Юля Сальникова

Много лет они с Апостолосом напряженно трудились, чтобы прокормить свое семейство. В самые тяжелые моменты их выручала поддержка Юлькиной сестры Аллы (они близнецы) и ее мужа Хироюки, которые живут в Японии. 

В какой-то момент им пришлось полностью сфокусироваться на Степе — мальчик в полном смысле слова жил теннисом и впитывал их советы как губка. Про это чуть дальше. Тогда им пришлось особенно тяжело, потому что никто не хотел помогать никому не известному юниору и заключать с ним контракты. Уверена, что есть много людей и компаний, которые сейчас об этом очень жалеют.

Я помню, как плакала от радости, когда Степа выиграл у своего кумира детства Роджера Федерера в Австралии, понимая, насколько это заслуженная победа для них всех. А моя прекрасная и самая позитивная на свете Юлька на вопрос о том, как они относятся к такому сногсшибательному результату, просто ответила, что когда так много работаешь и так долго идешь к успеху, воспринимаешь его как данность, а не как подарок судьбы.

Л: Расскажи, что сейчас происходит с теннисом вообще? Турниров никаких нет, очень большие сложности с тренировками. Как сильно эта ситуация влияет на жизни теннисистов?

Ю: Конечно, то, что сейчас происходит в мире, влияет на многие судьбы, в первую очередь сказывается на мало известных и мало зарабатывающих игроках. Это безусловное испытание и, если оно затянется еще на несколько месяцев, не исключено, что некоторым придется покинуть профессию и искать другие способы зарабатывать на жизнь. Но с другой стороны, для некоторых это, возможно, правильный ход. Если в 27 лет ты все еще номер 500 в рейтинге и можешь участвовать только в соревнованиях уровня Futures, это откладывает отпечаток на всю жизнь. Человек не может содержать семью или, если семья есть, она не может ездить с ним на турниры, если есть ребенок, все усложняется еще больше.  

Л: Все твои четверо детей (старшему Степе — почти 22 года, Пете — 19, Павлику — 14, и Лизе — 12) играют в теннис. Каким ты видишь будущее каждого из них? Старший выстрелил и стал очень успешен, а что с остальными тремя?

Ю: Мы заботимся обо всех наших детях и, конечно, печалимся, когда нет результатов. Хотя Степа тоже не сразу стал успешным. Он заявил о себе в относительно позднем возрасте, что, на мой взгляд, хорошо, ведь потом у него был очень быстрый прогресс. Начальный этап карьеры теннисиста подобен марафону — важно быть первым не сразу, а ближе к финишу. Большое количество игроков теряется на этапе перехода из юниоров в профессионалы. У Степы, к счастью, этот переход произошел успешно, но это не значит, что так же будет и с остальными моими детьми. 

Стефанос Циципас

Л: Что бы ты посоветовала родителям, которые мечтают вырастить из детей профессиональных теннисистов?

Ю: У меня конечно большой опыт, но в рамках своей семьи. Очень важно обращать внимание на индивидуальные черты характера, ведь что русскому хорошо, то немцу — смерть. Потенциал как таковой есть у всех моих младших детей, но он проявляется по-разному. В искусстве разные художники работают в разных направлениях, также и в теннисе игрок должен найти свою нишу, ведь игра эта очень многоплановая. Характер игрока определяет его поведение на корте. Например, если характер взрывной, то ты не можешь играть в постоянной защите. Игрок должен себя проявить, а тренер должен ему в этом помочь. С детьми главное, чтобы мы, родители, в который раз, совершили как можно меньше ошибок. Я очень люблю эту фразу. Однажды произнеся ее совершенно спонтанно в интервью, я подумала, что на самом деле именно в ней заключается квинтэссенция успеха. Без ошибок обойтись невозможно, но важно совершить их как можно меньше и тогда, может быть, твои дети смогут воспользоваться этим шансом.

Л: Какие, например, ошибки ты уже совершила?

Ю. Я могу сказать про своего старшего сына Степу, потому что тут результат уже налицо. Я бы меньше играла турниров, не возила бы его за океан в раннем возрасте, легче воспринимала бы его неудачи. Очень советую родителям не относиться слишком критично к своим детям и к их результатам. Главное — поддерживать огонек, который в них есть, не спугнуть  желание играть. Одним неправильным словом можно иногда уронить ребенка в депрессию. Это очень тонкий момент, нужно максимально бережно относиться к детям.

Тренер сборных Советского Союза и Великобритании по теннису, финалистка Wimbledon Ольга Морозова уже много лет живет под Лондоном и считает, что Юлька обладала настоящим талантом и при другом стечении обстоятельств могла смело стать звездой мирового масштаба.

Л: В некоторых интервью Степа говорил, что именно ты, строгая мама, воспитала в нем дисциплину, за что он тебе очень благодарен.

Ю: Да, в спорте, как профессионал он очень дисциплинирован. А во всем остальном не очень, тут я бы поставила себе как маме двойку. Всю информацию, которая нужна для его спорта, он всосал как пылесос, а  остальное просто игнорирует.

Л: Я знаю как  тяжело вы работали, тренируя Степу, многим пожертвовали ради успеха. Скажи, когда ты поняла, что все получилось?

Ю: Таких моментов было несколько. Степа был совсем маленький, он играл турнир в Ларисе, северная Греция. Там очень тяжелый климат, клуб находится далеко от моря, большая влажность, очень сильное солнце. Покрытие кортов жесткое, как в Америке, это не песчаные корты и даже не трава, они очень сильно нагреваются. Заходить на такие корты в жару — уже испытание для ребенка. Для Степы это был второй матч, он выиграл в полуфинале у мальчика, который был на год старше, а через несколько часов предстоял финал, это невыносимые условия для ребенка, а ведь было ему тогда чуть больше десяти лет. К сожалению, многие детские турниры не учитывают таких важных вещей. А как вам начало детского матча в 22:30?

Я сказала ему перед финалом: «Ты не будешь делать разминку» и помню, как расширились его глаза, потому, что всю жизнь до этого он слышал, что разминку надо делать обязательно. Я объяснила: «Сегодня так жарко и ты уже так устал, что ты если сделаешь разминку, у тебя не хватит сил на матч». После этого во время обязательной разминки перед финалом он даже не мог попасть по мячу от усталости. И вот начинается матч, жара, он проигрывает первый сет и начинает проигрывать второй. Я пытаюсь успокоить себя, тем, что он младше, другой мальчик крепче физически. И тут его соперник, видимо, немного расслабился, и Степа, что называется, «зацепил» и случайно выиграл гейм. После этого в следующем гейме пошла борьба, и он опять выиграл неожиданно. И у них был переход, второй сет уже близился к концу, я подошла сзади к скамейке, где сидел Степа, нас разделяла сетка, и хотя это запрещено по правилам, я ему подсказала: «Степа, если ты хочешь что-то сделать, ты должен это сделать сейчас. Потому что потом может быть поздно». Я имела в виду, что ему нужно выиграть все следующие геймы. Он оглянулся, посмотрел на меня, у него были ярко-малиновые щеки, впавшие глаза, и он сказал: «Мама, не волнуйся, я все сделаю». Я шла назад на трибуну и понимала, что мне нельзя сейчас разрыдаться, иначе люди поймут, что у нас был разговор. Это было чувство безумной жалости и желание, чтобы он все-таки все преодолел. Он выиграл этот матч. Многие были поражены, скорее всего и соперник проиграл от неожиданности. После матча, после такого сильного перенапряжения я уговорила знакомого сразу отвезти нас домой в Афины. Мы провели четыре часа в машине, но я понимала, как важно, чтобы он тут же изменил среду, чтобы  проснулся в своей комнате, в чистой одежде, съел домашний завтрак и забыл это сражение, которое так опасно для детской психики. Вот это был первый момент, когда я поняла, что Степа может, ему еще не было 11 лет. 

Мое следующее прозрение произошло тогда, когда я прочитала статистику юниорских турниров в 16-17 лет, у Степы был самый большой отрыв выигранных таймбрейков, матчей при матчболах у соперников и возвратов матчей с провального счета.

У него есть талант, он нас слушается (не знаю, что будет дальше, ведь характер может поменяться), он в отличие от Пети, своего младшего брата, никогда не разбрасывается временем. И конечно, вот эта концентрация знаний, именно качественных знаний, помогла в кризисные моменты в игре со сверстниками, потому что многие сверстники этими знаниями не обладали. А потом, как выяснилось, даже кое-кто из профессионалов не имел таких знаний.

Л: Ты опять возвращаешься к тому, что твоя (советская) школа была очень серьезным преимуществом.

Ю: Дело в том, что многие профессионалы могут не знать тех вещей, которым я учила Степу и других своих детей, потому что мало кто может похвастаться таким количеством разных тренеров, какие были у меня. Они были все по-своему уникальные. Я не могу сказать, что согласна на сто процентов с методикой каждого, но стараюсь выбирать лучшее из того, чему они меня научили.  А Апостолоc (мой муж) привнес в игру Степы то, чему меня не учил никто. Ему свойственно то, что по-английски называется deliberate (осознанный, обдуманный). Все, что он делает со Степой — это абсолютно deliberate job. Самое большое достижение Апостолоса за все время, что он тренирует Степу это то, что он не допускает, чтобы Степа был перетренирован. Это очень важно, проблема многих теннисистов именно в этом. Они просто перетренированы. Вот со мной пара таких моментов была.

Л: Как ты думаешь, что будет со Степиной карьерой, со всеми этими рейтингами в отсутствие матчей из-за карантина?

Ю: Я недавно читала интервью Чеснокова. Он сказал сермяжную правду, спасибо, что он ее озвучил. Он сказал, что те, у кого окажется в запасе больше терпения, спокойствия, умиротворения, и я бы еще добавила любви к природе (а она совсем недалеко от дома, и мы можем сейчас выходить), у кого найдется достаточно хорошего настроения, несмотря на рутину повседневности, тот и справится с этим кризисом.

Л: И еще очень важно, с кем рядом ты находишься. Вы сейчас все вместе, наверно для Степы это большая поддержка.

Ю: Он очень увлечен сразу несколькими проектами, мы мало его видим, но он знает, что мы рядом, что дома всегда вкусно накормят и помогут справиться с любыми проблемами.

Л: А с кем он сейчас играет?

Ю: С отцом Апостолом и с теннисистом из нашей академии Алексеем Попыриным (номер 87 по рейтингу АТП), русским парнем из Австралии.

Семья Юли Сальниковой

Л: А что остальные дети?

Ю: У Лизы очень хорошие данные, у Павлика тоже, но он пока не очень заинтересован. Петя меня очень радует, но ему не хватает позитивного отношения.

Л: Ну Лиза наверно всех затмит. Когда у тебя три брата, поневоле приходится быть сильной.

Ю: Женский теннис отличается от мужского тем, что ты можешь иметь какие угодно результаты, а на следующий год сказать, что больше играть не будешь из-за того, что вышла замуж, влюбилась или что-нибудь еще. Поэтому тут какие-то прогнозы делать очень сложно. Может быть, ты слышала про такую юную, но уже достаточно титулованную теннисистку Коко Гауфф, она тоже тренировалась в нашей академии. Ей 16 лет, она весь сезон показывала прекрасные результаты, но, как оказалось потом, параллельно все время думала, не закончить ли ей теннисную карьеру. Это типичный случай, и что бы я сейчас ни говорила, решения будет принимать сама Лиза.

Л: Здорово, что ты об этом говоришь, ведь многие родители считают, что могут вылепить из своих детей все что захотят.

Ю: Я думаю, если у ребенка нет очень сильных личностных качеств, то терпением и настойчивостью что-то вылепить можно. Вылепить чемпиона трудно, но многих вполне устраивает и попадание в сотню лучших, это дает определенный статус и финансовый и социальный. А вот если у игрока есть личностные качества, и он решит всерьез заниматься теннисной карьерой, и родители смогут дать ему необходимые знания, он сможет стать кем угодно, может стать Федерером. 

Л: А как ты считаешь в каком возрасте надо начинать серьезно заниматься с ребенком, чтобы вырастить чемпиона?

Ю: Хороший пример мой Степа, поскольку он уже успешный игрок. Он занимался многими видами спорта параллельно с теннисом с ранних лет: плаванием, бегом, участвовал в соревнованиях, играл в футбол. Мы развивали его в разных видах спорта и это очень важно. Нам повезло, что мы жили в Греции на берегу моря, потому что плавание — один из самых полезных видов спорта даже не для тренировки, а наоборот, для раскрепощения и восстановления. А заниматься ли теннисом профессионально, можно задуматься начиная с 14 лет.

Л: Ты рада, что прожила большую часть своей жизни в Греции?

Ю: До определенного возраста детей я была очень рада, а потом меня стало это немного напрягать, так происходит со многими родителями. 

Л: Теперь вы переехали в известную теннисную академию Mouratoglou во Францию, как прошел этот переезд?

Ю: Здесь все очень позитивно. Во-первых, нас встретили очень радушно, а во-вторых, тут все совсем рядом. Я не хочу сказать, что все мои мысли направлены только на то, как сделать из детей чемпионов, но все же тут какие-то вещи осуществить значительно проще. В Греции это потребовало бы намного больших усилий с нашей стороны. Последние годы в Греции, когда меня спрашивали, кем я работаю, я отвечала: шофером. Расстояния, на которые я ездила были не значительные, но я все время была в дороге. Я была так сильно вовлечена в занятия детей, что не могла смотреть на весь процесс со стороны. Теперь же я могу прийти на тренировку, увидеть, в чем мой ребенок уступает, а в чем превосходит кого-то. В тренировочный процесс я вмешиваться не могу, но могу поговорить с тренером, высказать свое мнение. Апостолос — официальный тренер Степы, у остальных детей другие тренеры, у Пети — личный, а Павлик и Лиза занимаются в группах. Кроме того, они учатся в общеобразовательной школе. Система образования здесь, в отличие от Греции, требует от ребенка брать на себя ответственность, чем дальше, тем больше, и мне это нравится. 

Л: Расскажи про Степины проекты.

Ю: Он абсолютно увлечен фотографией, у него есть Инстаграм, его фотографии покупает американский журнал Racket. Второй проект связан с платформой, призывающей всех зрителей говорить всему «Да». Yes Theory. 

Ольга Морозова о Стефаносе Циципасе: «Он настолько молод, настолько энергичен! Я верю, что у него есть очень важные бойцовские качества. Я не так хорошо знаю его папу, но помню историю про Юлю (маму), когда мы были на первенстве Европы и она подвернула ногу. Нога раздулась и было не понятно сможет ли она играть. Ей каким-то образом выкачали кровь из опухшей ноги, поставили гипс и она довела игру до конца.  Так что бойцовские качества Степе есть у кого перенять. Воля у него уже в генетике!»

И вот только что Степа придумал и запустил новый проект вместе с Patrick Mouratoglou “Beyond 100” в поддержку теннисистов, не входящих в сотню лучших игроков. Он отдал большую часть своей теннисной экипировки и ракеток на аукцион в поддержку этого проекта и призвал других игроков присоединиться к нему. 

 

Л: Здесь я не могу не вспомнить, как Степа сразу откликнулся на просьбу помочь нашему лондонскому фонду Gift of Life и предложил замечательный лот на аукцион в январе – VIP-билеты на один из турниров с его участием в Лондоне и ракетку – который ушел за очень большие деньги. Правда счастливому обладателю этого лота придется немного подождать, так как в нынешней ситуации турнир пришлось отложить до лучших времен.

 

Л: Юлька, дорогая, вот ты посвятила всю свою жизнь теннису и твои дети тоже теннисисты, что ты про это думаешь?

Ю: Ты знаешь, теннис мне очень многое дал и очень многое взял. Я не могу представить свою жизнь без него. Но при этом я отдала ему самую важную часть жизни, свое детство.

Л: Жалеешь сейчас о чем-то?

Ю: Жалею, что была наивная, верила в сказки, в свои фантазии и считала, что только так и будет, что очень во многом себе отказывала. 

Л: И вот здесь как нельзя к месту будет спросить, а как у Степы с личной жизнью?

Ю: Недавно он был на видео звонке с детьми из академии, они задавали ему вопросы. Один из вопросов был: когда ты первый раз поцеловался? Он задумался и сказал: в прошлом году. Я чуть не расплакалась, ведь это напомнило мне меня. 

Л: А что бы ты сделала по-другому, если бы могла начать заново?

Ю: Наверно, я больше личного времени уделяла бы своим детям. Но с другой стороны, за счет чего бы я это сделала? В своем детстве я многое пропустила и поэтому во взрослом возрасте стараюсь хоть что-то наверстать: очень любила читать, смотреть кино. Думаю, что возможно я уделяла слишком много времени дому, готовке, чистоте… Теперь я понимаю, что это несопоставимо по важности с временем проведенным с детьми. 

Л: Но ведь ты можешь сказать, что именно теннис вас соединял?

Ю: Конечно, когда мы были с детьми наедине и разговаривали обо всем, что их и нас волнует, это часто было связано с теннисом. И очень часто мы были в поездках,в такие моменты дети особенно нуждаются в теплоте, в советах.

Л: Ты мама выдающегося теннисиста, все дети  под присмотром, ты закончила журфак, работала на телевидении, комментируя теннис. Ты бы хотела делать что-то еще, что-то другое, помимо тенниса?

Ю: Как раз сегодня мы гуляли с Апостолосом и разговаривали о домах, и я сказала ему, что из всех архитектурных стилей мне больше всего нравится колониальный. Он был в недоумении и стал спрашивать почему. И я поняла, что мне интересно с ним разговаривать об этом.

Л: Действительно, где бы я ни была у тебя в гостях, всегда замечала насколько ты внимательна к деталям и насколько в любом твоем пространстве всегда уютно и красиво. Уверена, что у тебя получится!

К нашему разговору с Юлькой присоединяется Степа. Прошу его ответить на несколько вопросов.

Л: Что для тебя Лондон?

CЦ: Лондон – один из моих любимых городов. Мне очень нравится его дух и то, как он устроен. Это уникальный город, мультикультурный, полный искусства, спорта, событий и мне кажется, люди там очень вежливые. Самые приятные воспоминания о Лондоне для меня, конечно, связаны с победами – ATP Finals в ноябре прошлого года, в юношеском Уимблдоне. Я всегда с удовольствием бываю в Лондоне, мне всегда в нем очень комфортно, надеюсь, что приеду туда еще много раз. 

Л: Что ты сделаешь первым делом, когда снимут карантин?

С: Конечно, приму участие в первом же турнире, который будет объявлен официально. В случае, если не будет никаких травм, ведь они могут быть в любое время, даже на карантине. Думаю, что первый турнир будет уже в ноябре. Но какой, пока непонятно. И обязательно поеду в Грецию, которую очень люблю.

Л: И все же, как ты думаешь, насколько этот карантин отразится на профессиональном теннисе?

С: Надеюсь, что ATP придется снизить цены на билеты, потому что интерес к теннису огромный. К примеру, у меня большое количество поклонников в Китае, они называют себя TsiTsiArmy. Но, поскольку это элитный спорт, то многие не могут посещать все матчи, которые хотели бы, особенно матчи центрального корта. 

Л: А как ты чувствуешь себя на карантине?

С: Не могу сказать, что мне это дается легко. Помогает то, что у меня есть много параллельных занятий, например, я увлечен своими онлайн проектами. По жизни я перфекционист и люблю ставить себе сложные задачи и решать их.

 

Вот такая она, моя Юлька, и ее замечательная и трудолюбивая семья.

Фото: SteveTheHawk

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите CTRL + ENTER

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: