Полезно

Если не Тереза, то кто? Почему у Мэй все очень плохо, но она до сих пор не ушла в отставку

Ирина Демченко объясняет, почему Тереза Мэй все еще держится в премьерском кресле и не увольняет Бориса Джонсона несмотря ни на что

Отставки Терезы Мэй хочет расколотая страна.

Те, кто голосовал за то, чтобы остаться в составе ЕС – потому что она ведет к выходу из Евросоюза, хотя сама выступала за то, чтобы остаться и откровенно игнорирует мнение 48% — почти половины страны.

Те, кто голосовал за выход из состава ЕС, не верят, что она может хорошо провести переговоры, и вообще подозревают ее в желании свести “Брекзит” на «нет», и в результате тем или иным образом остаться в составе Евросоюза или максимально близко к нему.

Отставки Терезы Мэй хочет ее расколотая партия, откровенно не признающая ее лидерства. Члены ее правительства постоянно испытывают ее власть на прочность, выступая с противоречивыми заявлениями по тому, каким будет “Брекзит”. Она говорит про «переходный период» длиной два года после марта 2019 года, а ее министры – про резкий выход из Евросоюза, независимо от того, будут или не будут достигнуты какие-то договоренности.

Тереза Мэй сама очевидно устала от хаоса, неопределенности, подковерной борьбы и постоянных разговоров о том, когда она, наконец, уйдет. Разочаровывающая партийная конференция могла у любого убить желание оставаться на посту: у Терезы Мэй было плохо просто все.  Она потеряла голос во время своей ключевой речи, за ее спиной с плаката медленно опадали буквы, вызывая смех в зале, пранкер попытался вручить ей на сцене форму P45, которую британцы заполняют для оформления пенсии, намекая, что пора уходить в отставку. А министры давали убийственные интервью, обнажая клубок противоречий в правительстве.

И тем не менее, она остается на этих галерах. Почему?  

Есть несколько вариантов ответов. Каждый из них может быть правильным,  и все они в совокупности тоже могут быть правильными.

Ответ первый, позитивный

Самый позитивный – что Мэй очень ответственный человек и намерена выполнить свои обязательства. Она сказала, что обеспечит “Брекзит”, и она намерена сдержать свое обещание, даже если оно противоречит ее убеждениям и представлениям об интересах страны. Это заодно и объясняет, почему переговоры с ЕС идут так медленно: потому что все в Мэй сопротивляется этому процессу.

Ответ второй: если не Мэй, то кто

Второй возможный ответ – потому что у консерваторов очевидно нет явного лидера, который мог бы ее сменить. Специалисты-политологи считают, что в партии достаточно ярких политиков, но все они выжидают. Никто не хочет отвечать за “Брекзит” и то страшное разочарование, которое, как они считают, испытает страна, когда он произойдет. Поэтому всерьез никто власть из рук Мэй не вырывает.

Даже Борис Джонсон, который старается застолбить за собой возможность партийного лидерства на перспективу, сначала выступил с очередной острой статьей, где он фактически заявил, что лучше знает, как надо проводить “Брекзит”, но потом тут же отступил и публично поклялся в лояльности премьеру.

Кстати, это объясняет и то, почему Мэй терпит выходки Бориса и не увольняет его, как требуют однопартийцы. Пока Джонсон в правительстве, во главе Форин Офиса, он не может организовывать реальный заговор – руки у него связаны. Уволь Мэй его – этого сдерживающего фактора у него не будет.

Ответ третий: если не Мэй, то Корбин

Третий возможный ответ вытекает из второго. Велика вероятность, что если Мэй уйдет в отставку сейчас и консерваторы не смогут выдвинуть на смену ей сильного лидера с повесткой “Брекзита”, на следующих выборах может победить партия лейбористов, и социалист Джереми Корбин станет следующим премьер-министром Великобритании.

Это, конечно, страшный сон консерваторов в целом и Мэй в частности. Британцы, в отличие от россиян, при социализме не жили, но видели, что другим он не принес ничего хорошего, и пример любимой Корбином Венесуэлы у всех перед глазами.

Проблема с Корбином еще и в том, что тот сам по себе является очень яркой личностью, а последние выборы показали, что для британского избирателя именно этот фактор стал теперь очень важным. Бессмысленно голосовать за программу, потому что консерваторы, например, во время последних выборов отказались от ключевых пунктов своего манифеста буквально через полдня после его публикации. В таких условиях личность главы партии, его харизма, умение общаться и убеждать аудиторию выходят на первый план. У Мэй, в отличие от Корбина, никакой харизмы, никакого умения убеждать нет. Он – яркий и заметный, она – серая мышка, поэтому шансов на еще одних выборах у нее против него не больше, чем было у Хиллари Клинтон против Дональда Трампа.

Все остальные кандидаты в лидеры консервативной партии – типичные представители богатого слоя общества и тоже не обладают большой личной привлекательностью. За исключением одного – Бориса Джонсона, который годами создавал себе образ эксцентрика, человека-праздника, весельчака, балагура и прекрасного оратора.

Борис, которого половина его партии боится и ненавидит, а вторая половина обожает, по сути единственная надежда консерваторов противопоставить Корбину подходящую по масштабу личность и оратора. Но тогда возникает другой вопрос, что опаснее для страны: если ее лидером станет убежденный социалист или знамя «Брекзита», легкомысленный эксцентрик, не лезущий за словом в карман Джонсон.

Фото: Shutterstock