Двенадцатый граф Шафтсбери, диджей

В этой истории есть все элементы хорошего английского детектива: коварное убийство английского аристократа во французских Альпах, преждевременная смерть наследника, drugs, sex and rock’n roll. Правда, в отличие от литературы, сюжет не закончен, о счастливом (или несчастливом) конце говорить рано, жизнь продолжается. Мне удалось лишь ненадолго заглянуть в дом этой старинной английской семьи и узнать ее удивительную историю.

Не стану хвастаться, что являюсь завсегдатаем званых ужинов в старинных замках английских аристократов. Ну, если не считать тех приемов, на которых сама была хозяйкой – в качестве леди Филлимор. Дом и поместье моего покойного мужа, третьего барона лорда Филлимора было довольно скромным и относительно новым. Это постройки XIX века, по английским масштабам – новодел. Да и сам титул баронов Филлиморов относительно молодой. Но не об этом речь. А о званом ужине, на который я получила приглашение, – в Сент Джайлз Хаус, в дом, принадлежащий уже пятый век одной семье.

Дом был построен в 1651 году для первого графа Шафтсбери, кстати, основателя партии вигов. Были в роду Шафтсбери и другие известные политики: например, в XIX веке седьмой граф Шафтсбери прославился своим реформаторством, он ратовал за отмену использования детского труда. Я же была в гостях у лорда и леди Шафтсбери №12.

Двенадцатого графа Шафтсбери зовут Николас Эшли-Купер, но он представляется как Ник. В планы Ника не входило становиться носителем старинного титула и главой славного рода. Перед ним «в очереди» после отца, десятого графа Шафтсбери, стоял старший брат Энтони, так что Ник оставался «на скамейке запасных» и жил, как хотел. А хотел он быть диск-жокеем в Нью-Йорке и работал в клубах, крутя техно-рок. Между тем, семейное поместье и дом Сент Джайлз в графстве Дорсет рассыпались и требовали все больших и больших трат. Отец Ника, десятый, как вы помните, граф, не в состоянии справиться с финансовыми проблемами, с горя запил, бросил жену (маму Ника и его брата) и уехал на юг Франции, где его окрутила бывшая модель журнала Playboy, став его третьей женой. Вскоре десятый граф пропал без вести, и только спустя полгода его разложившееся тело было обнаружено под скалой во французских Альпах. Модель быстро раскололась и призналась, что на пару с братом убила бедного графа. Вместе с братом она была признана виновной. А титул перешел к одиннадцатому графу Шафтсбери, к брату Ника – Энтони. Но не прошло и полугода, как Энтони, навещая Ника в Нью-Йорке, внезапно умер от инфаркта. Ему было всего 27 лет. Ничто не предвещало такого развития событий. Ник был к этому совершенно не готов, ему нравилась его свободная жизнь в Нью-Йорке, но долг перед предками звал в Англию.

Приехав и увидев разрушающееся семейное поместье, Ник решил восстановить его во что бы то ни стало. Засучив рукава (а руки у лорда, кстати сказать, по самые плечи в татуировках), он взялся за восстановление семейного поместья, занимал на это деньги направо и налево, влезал в долги, выбивал гранты. В общем, крутился как мог, потому что реставрация родового гнезда стала для него важнее всего на свете. Вернувшись в Англию, Ник поступил в школу бизнеса; собрав деньги, он отделал в доме квартиру для своей семьи (у него трое детей и жена, леди Шафтсбери, ветеринар). Им удалось восстановить былое величие нескольких залов, в том числе библиотеку и столовую, а также фамильные портреты предков. Это позволило сдавать отреставрированные залы под свадьбы, чтобы окупить дальнейшую реставрацию. В 2015 году Ник получил важную премию за самый удачный реставрационный проект года от Ассоциации исторических домов и Sotheby’s. К тому моменту реставрация дома стоила семье уже около $7 млн. И это совсем не конец, восстановительные работы будут продолжены.

И да, в подвале дома – ночной клуб с баром, музыкой и цветным дымом! Ник гордо показал мне помещение клуба. Там уже звучала музыка, мерцал розовый свет и кое-кто танцевал. В black tie – потому что таким был дресс-код. Мне, к сожалению, пришлось уехать, как Золушке, в полночь (Сент Джайлз находится в 2 часах езды от моего дома), но я бы не удивилась, если бы двенадцатый граф Шафтсбери, засучив рукава и обнажив свои татуировки, сам встал за диджейский пульт. Так и вижу, как Ник Эшли-Купер в свободное время крутит пластинки в подвале своего фамильного замка, вспоминая молодость.

Да он и не старый. Двенадцатому графу Шафтсбери всего сорок. И него — и у его фамильного поместья – все еще впереди!