Маша Слоним. Ковид: испытание на прочность

Первый локдаун британцы встретили, как военный вызов: они сплотились вокруг своего командира-премьер-министра и были готовы вместе выдержать все невзгоды. Тогда казалось, что еще немножко, и враг будет повержен — пандемия отступит. Проведенные опросы общественного мнения подтверждали эти настроения. 

Мартовские опросы показывали небывалый уровень одобрения действий правительства: 93 процента населения поддерживало введение локдауна. И, соответственно, популярность премьер-министра и его правительства была очень высокой. 

Народ продолжал принимать каждое ужесточение карантинных мер и одобрял действия премьера и его правительства. 

Мы каждую неделю благодарно хлопали работникам NHS, с удовольствием принимали участие в программе Eat Out to Help Out («Ешьте в ресторане, чтобы помочь»), тем более, по этой программе можно было неплохо поесть, воспользовавшись 50-процентной скидкой. 

Более того, люди начали привыкать к ограничениям: даже после того, как летом локдаун был снят, лишь 44 процента, согласно осенним опросам, решились сходить в паб. 

Во второй локдаун уровень одобрения правительства сильно упал. Неразбериха с правилами карантина, в том числе и со стороны чиновников, не внушали уверенности в действиях правительства. Но в целом локдаун, судя по опросам, население одобряло. Большинство (89 процентов) поддерживало ношение масок, почти 90 процентов — работу из дома. 

Третий локдаун принес новую неразбериху, сумятицу и резкий скачок численности жертв коронавируса. 

Борис Джонсон любит нравиться и не любит ограничивать свободу. Посередине локдауна он решил «подарить» гражданам пять дней послаблений на Рождество. Скачок инфицированных из-за появления нового, более заразного штамма, а также в результате рождественских встреч, застал правительство врасплох — оно стало принимать явно панические решения. Накануне окончания рождественских каникул школы объявили открытыми, а за день до начала занятий было решено переводить их на онлайн-обучение. Непоследовательность и непредсказуемость премьер-министра и правительства стали в последнее время многих раздражать. Сейчас создается впечатление, что к третьему локдауну народ устал бояться.

Рейтинг правительства и премьер-министра на начало января упал по сравнению с ноябрьскими цифрами. Одобряют действия правительства 31 процент, уровень неодобрения — 48 процентов. 

Согласно последнему опросу, проведенному в начале года по заказу газеты Observer, людей, которые считают, что Борис Джонсон должен уйти с поста премьер-министра, больше, чем тех, кто хотел бы, чтобы он остался. В то же время лишь 20 процентов опрошенных хотели бы, чтобы Кир Стармер ушел с поста лидера лейбористов, а больше половины опрошенных считают, что ему следует остаться лидером лейбористской партии. 

Если бы выборы в парламент проходили завтра, за лейбористов готовы отдать на один процент больше голосов, чем за консерваторов. Пока это для тори не страшно: и разрыв небольшой, и выборы еще не скоро. Но народ явно устал. То, что поначалу было в новинку, уже приелось. Работа из дома по Zoom напрягает больше, чем в офисе, дети в школу опять не ходят и сидят дома. Но главное — неопределенность. Неопределенность, которая касается будущего и даже того, что можно делать, а чего делать нельзя. На днях, например, оштрафовали двух женщин, которые просто шли со стаканчиками чая в руках, на 200 фунтов каждую, обвинив их в том, что они устроили пикник! (Пикники, как и сидение на лавочке в парке, запрещены). Наказание в конце концов отменили, но осадок, как говорится, остался. А вот тот факт, что Борис Джонсон бы замечен на велосипеде в Олимпийском парке, что находится в семи милях от Даунинг-стрит, в то время как правила предписывают прогулки в своем округе, не был признан нарушением. 

Страх перед ковидом, который держал многих дома в первые локдауны, притупился. Молодежь все чаще устраивает нелегальные вечеринки и сходки, и даже пожилые люди устали бояться, а в их поведении появилось что-то иррациональное. Немолодая соседка моей сестры по подъезду в первый локдаун даже в собственной квартире носила маску и перчатки. Сейчас же она смело ходит в супермаркет по несколько раз в день. 

Бориса Джонсона обвиняют в том, что он обещает слишком много, а выполняет из этих обещаний слишком мало. 

Хотя, судя по последним опросам, люди продолжают поддерживать строгие меры локдауна (три человека из пяти предпочли бы, чтобы правительство быстро вводило жесткие меры, даже если потом выяснится, что они были не нужны). Но все же того энтузиазма, что мы видели поначалу, уже нет. А откуда ему быть? 

Никто не знает, когда закончится пандемия. Даже Джонсон, который не любит огорчать, честно признается, что жизнь наладится не раньше майских праздников.

Придется ждать, потому что ничего другого не остается. И, конечно же, надеяться, что повсеместная вакцинация, которую нам обещают, остановит пандемию.