Каролина Кеннеди-Шлоссберг: стихи для любимых

Много лет назад Каролина Кеннеди издала отдельной книгой любимые стихи и поэмы своей мамы Жаклин Кеннеди-Онассис. В детстве они с братом переписывали стихи себе в дневники, а потом на семейных праздниках декламировали их наизусть. Джеки очень поощряла их увлечение поэзией. После нее тоже осталось множество рукописных тетрадей со стихами. Она даже пыталась что-то сама сочинять. В книге есть маленькая поэма, посвященная Джону Кеннеди. Но при жизни она, разумеется, никогда ничего не публиковала. Этим занялась дочь после ее смерти. 

На презентации книги в Нью-Йорке мой друг Василий Арканов подписал для меня книгу у Каролины. Я храню этот экземпляр с ее аккуратным автографом. Без эффектных росчерков и длинной двойной фамилии Кеннеди-Шлоссберг. Просто — Caroline. Так подписываются воспитанные, деликатные люди, знающие себе цену, но не стремящиеся поразить чужое воображение. 

Когда-то в США было достаточно произнести ее имя, чтобы дальше уже не надо было уточнять, о ком речь. И так понятно, что о дочери 35-го Президента США Джона Фицджеральда Кеннеди. Иногда добавляли sweet Caroline. Милая Каролина. Хорошенькая девочка с золотистыми локонами и небесно-голубыми глазами. В начале 60-х, когда ее отец занял Овальный кабинет Белого дома, она, сама о том не подозревая, обрела вакантное место всеамериканской любимицы Ширли Темпл. Нет, она не снималась в кино, ей строго-настрого было запрещено позировать фотографам и вступать в случайные контакты с вездесущими журналистами, и тем не менее не было в Америке человека более обожаемого, чем Каролина Кеннеди.  

Эта любовь многократно усилилась, когда на глазах у всего мира убили ее отца. И когда впервые она появилась вместе с мамой и братом в своем голубом пальто и черной лентой в волосах на фоне беспросветного траура. Собственно, дальше Каролина могла больше ничего не делать, место в истории США и в душе американцев, переживших трагедию 22 ноября 1963 года, ей было обеспечено.  

Но, как и полагается примерной дочери, она хорошо училась, много и усердно работала, переиздавала труды своего отца, писала собственные книги, руководила библиотекой его имени. Всегда была правоверной католичкой и верным активистом демократической партии. По контрасту с другими Кеннеди старательно избегала попадать на первые полосы национальных СМИ. Была скромна и очень немногословна. Впрочем, эта врожденная скромность не помешала ей при президенте Обаме стать первой женщиной послом США в Японии. А при Байдене — послом в Австралии. Казалось, что в отличие от большинства ее родственников, у нее все складывается благополучно. Но сегодня жизнь Каролины Кеннеди-Шлоссберг предстает как череда жестоких ударов судьбы, которые могли бы сломить любого. 

Вот только факты. Через пять лет после гибели Джона Кеннеди убивают ее любимого дядю Роберта, пытавшегося заменить ей с братом родного отца. Еще одни общенациональные похороны, где все взгляды были обращены на вдову погибшего президента и ее подросших детей.  

Пройдет пять лет, и в авиакатастрофе при загадочных обстоятельствах погибает Александр Онассис, сын и наследник ее отчима Аристотеля Онассиса. Его похоронят на греческом острове Скорпиос. Еще через два года Каролина снова возвращается туда на похороны самого Аристотеля Онассиса.

Потом тайм-аут, во время которого она успеет удачно выйти замуж за художника и писателя Эдвина Шлоссберга из состоятельной ортодоксальной еврейской семьи и родить троих детей. Мать была против, но узнав, что будущие внуки будут воспитываться в католической вере, смирилась.

И опять новая череда смертей. В 1994 году от рака умирает Жаклин Кеннеди-Онассис. Ей было 63 года. Спустя пять лет погибает в авиакатастрофе брат Джон Кеннеди-младший вместе со своей женой и ее сестрой. В тот же год умирает ее двоюродный брат Энтони Радзивилл. И вот теперь смерть младшей дочери Татьяны Шлоссберг. В 35 лет… Чуть больше месяца назад, как раз в очередную годовщину гибели своего деда, Татьяна опубликовала в New Yorker эссе «Битва с моей кровью», где подробно рассказала о том, что врачи ей дают не больше года. Диагноз — редкая болезнь крови терминальной стадии.  

«Я всегда старалась быть хорошей — писала Татьяна, — хорошей студенткой, хорошей сестрой, хорошей дочерью — чтобы защитить маму и не давать ей лишних поводов для грусти. Теперь я невольно становлюсь причиной новой трагедии в нашей семье, и я ничего не могу поделать, чтобы как-то это предотвратить».  

Татьяна умерла под Новый год. И снова во всех СМИ, во всех новостях мелькает имя Кеннеди. А это значит, что папарацци и телевизионные группы дежурят день и ночь у подъезда их дома, отслеживая каждый шаг, каждое появление Каролины. Это значит, что таблоиды одолевают всех членов семьи Кеннеди-Шлоссберг настырными звонками с требованиями бесконечных комментариев. Что дети Каролины и она сама снова в эпицентре медиацунами под названием New Kennedy tragedy, парализующей и отнимающей последние силы у ее участников. Похороны в случае Кеннеди — это вовсе не кладбищенская тишина и молчаливое горе, а оглушительные полицейские сирены, треск фотокамер, слепящие блицы, наглухо закрытые шторы на окнах. Все повторяется, как было во времена ее детства. 

Что это? Проклятие рода? Несчастливые обстоятельства? Или судьба единственной наследницы президента Кеннеди? Всех оплакать, всех похоронить. Оставаться на страже доброго имени родителей, брата, а теперь вот и безвременно рано ушедшей дочери… Листаю сборник стихов и поэм, собранных Каролиной в память о матери. Там много про любовь, про Красоту, про природу. Но есть и про смерть. Вот стихи Эмили Дикинсон, которые любила Жаклин.