Карьера

Красивая жизнь напрокат. История модели из Украины в Лондоне

30 октября 2018

Работа модели

Работать в Лондон моделями приезжают девушки со всего мира – здесь есть офисы главных мировых агентств и удобное соседство с Европой. Какой путь проходят модели, чтобы оказаться в столице Британии, какие зарплаты они получают и враждуют ли между собой? Об этом нам рассказала  украинская модель Дарина Прокопенко, которая в свою первую командировкув Японию слетала в 13 лет и позже работала в Китае, Таиланде, Европе и Британии.

Кастинг с подружкой «за компанию»

Мое детство было похожим на детство многих детей СНГ в 90-е. Промышленный район большого индустриального города в Украине. Мама работает на износ и выворачивается наизнанку, чтобы обеспечить тебя хотя бы самым необходимым. Отчим в запоях. Маленький брат. Хроническое жесткое безденежье. Поэтому, когда меня с удивлением спрашивают: «Как тебя в 13 лет отпустили одну в Японию?», – я даже не знаю, как им объяснить, что поездка в Японию тогда была сравнима с полетом в космос. И ответ «нельзя» меня бы никак не устроил. Очень хотелось помочь семье. Да и мама понимала, что модельный бизнес может дать мне шанс прожить жизнь иначе. Хотя она, конечно, и переживала ужасно.

В 12 лет моя школьная подружка попросила сходить с ней в модельное агентство за компанию. В результате меня сразу же взяли вместо подружки, приговаривая, какое невероятное будущее ждет меня в модельном бизнесе.

Я росла замкнутым ребенком. Обожала «Подводный мир» Кусто и рассматривать красивых женщин в журналах. Почему-то мне всегда казалось, что моя жизнь будет какой-то другой. Совсем маленькой я мечтала стать: а) балериной б) археологом в) моделью. С первым не заладилось сразу же: уже в пять лет мне сказали, что для этого я слишком высокая. А когда мне было семь лет, коренастая учительница ритмики перед всем классом назвала меня бревном, и я решила, что танцевать не буду больше ни за что и никогда. И держалась этого решения следующие лет 10, спасибо, педагог от бога!

С археологией тоже завязала еще в песочнице. О модельном же бизнесе я больше не думала, потому что выросла в высоченного угловатого подростка. Поэтому когда в 12 лет моя школьная подружка попросила сходить с ней в модельное агентство за компанию, то я согласилась ее поддержать и хоть одним глазом глянуть, «как там у них все». В результате меня сразу же взяли вместо подружки, приговаривая, какое невероятное будущее ждет меня в модельном бизнесе.

Контракт в Японии в 13 лет

Я начала один за другим успешно проходить кастинги ведущих европейских и американских агентств, на которых простаивали в очередях сотни красивых девочек, а отбирались единицы. Так ищут новые лица все международные агентства: скауты из, скажем, Нью-Йорка или Милана связываются со скаутами и агентствами в других странах и приезжают на кастинг. Отсматривают сотни девочек в каждом городе в поисках новой Натальи Водяновой, ну или хотя бы тех, на ком можно потенциально заработать. Сейчас скауты ищут новые лица и в социальных сетях, но часто такие «онлайн-скауты» оказываются мошенниками, раскручивающими юных девушек на фото в купальнике (а то и без), поэтому здесь неопытным моделям нужно быть осторожными и хорошо проверять информацию.

Красивая жизнь напрокат. История модели из Украины в Лондоне

Чем девочка младше, тем лучше – тем дольше она будет в бизнесе и приносить деньги. Но я была слишком молодой и для Нью-Йорка, и для Милана – там можно было работать только с 16 лет, а мне не хотелось ждать еще три года. Поэтому когда мне в 13 лет предложили контракт в Токио, моему счастью не было предела. Я уже рисовала в воображении, как возвращаюсь домой с кучей денег и спасаю всех и вся. Но получилось иначе.

Жизнь в японской модельной коммуне

Я влюбилась в Токио глубоко и безнадежно. Это действительно был космос. Там я познакомилась с девчонками со всего мира: агентство всех нас, человек 10-15, селило в один отель типа b&b, где мы жили небольшой модельной коммуной. Старшим девочкам, которым было максимум 20 лет, поручали присматривать за младшими. Жизнь моделей казалась одним сплошным безумным праздником. Это сейчас большинство озабочено здоровым образом жизни, тренировками и зелеными смузи, а тогда «старшенькие» гуляли напропалую, пропадая в клубах практически каждую ночь. Часто приходили на съемки ещё пьяными или под наркотиками, за что получали штрафы от агентства. Но надо отдать им должное, на уговоры взять с собой тех, кто был младше 15, они никогда не поддавались.

Некоторые привозили домой очень крупные суммы – до 100 000 долларов за 3 месяца контракта. Другие возвращались домой ни с чем.

Они объясняли нам, как все работает: каждый день мы садились в микроавтобус с водителем/букером*, который целый день возил нас по кастингам. Там ждали в очередях вместе с моделями из других агентств, в надежде понравиться клиенту и «взять» работу. Если тебе повезло, то ты получал от агентства конверт с датой, стоимостью работы, указаниями, как добраться до места съемки и прочими инструкциями. Эти розовые конверты приводили в восторг – в них были заветные фотосъемки, показы, реклама... Некоторые счастливчики получали их почти каждый день, другие – очень редко. Первые привозили домой очень крупные суммы – до 100 000 долларов за 3 месяца контракта, если везло на рекламные заказы и промо-кампании, вторые – возвращались домой ни с чем. Но дело было в начале 2000-х, сейчас рядовые модели так не зарабатывают.

Розовые конверты счастья

На неделю нам выдавали карманные деньги – их впоследствии вычитали из чистого заработка модели, вместе со стоимостью перелета, проживания, трансферов в аэропорт. Вычитают абсолютно все, что потратило на вас агентство, и даже больше. Самому агентству же причитается в среднем 30-60% от стоимости каждой работы. Материнское агентство забирает еще 10%. То, что остается, получает сама модель.

Я помню, как перехватывало дух, когда в розовом конверте я находила листочек с невероятной для ребенка из Украины цифрой в 1500 долларов за один день съемки: хотелось прыгать от счастья, и казалось возможным абсолютно все. Я просто летала от счастья, даже забывала скучать по дому. Помню, как бежала домой с очень удачной и красивой съемки, думая: «Как же мне повезло, как же я счастлива! Я всего добьюсь и сделаю это сама!». Но вечером в моем номере зазвонил телефон, и я, с трудом разобрав английскую речь букера, поняла: «Собирай вещи, завтра ты летишь домой». Никто не сказал, что если ты не получаешь достаточное количество работ за первый месяц, тебя просто отправят домой. Без предупреждения и без денег. Как только ты покрываешь потраченную агентством на твою поездку сумму, отправляешься домой. Game over.

Этот страх глубоко сидит почти в каждой модели – это страх не оправдать чьих-то ожиданий и не вписаться в чье-то понятие красоты и формата. Потому что тогда тебя просто выбросят.

В тот момент у меня случился первый в моей жизни нервный срыв. Я рыдала и не могла остановиться: меня спустили с небес на землю в один момент. Более униженной и бессильной я себя еще не чувствовала. По возвращении в Украину я познакомилась и с депрессией: после Японии все казалось ужасно некрасивым, мрачным и бессмысленным. Мне кажется, этот момент так ударил по моей не до конца  сформировавшейся психике, что определил мое мироощущение на долгие годы. И этот страх глубоко сидит почти в каждой модели – это страх не оправдать чьих-то ожиданий и не вписаться в чье-то понятие красоты и формата. Потому что тогда тебя просто выбросят.

Съемки без разрешения выйти в туалет

Потом было еще несколько удачных и менее удачных контрактов, поездок в Южную Корею, Таиланд, Китай. А к 16 годам я решила, что это просто не мое. Специфика работы в Азии заключается в том, что там с тобой обращаются в буквальном смысле как с вещью (Япония и Южная Корея – приятное исключение). Например, в Китае оплата почасовая, поэтому на съемке тебе даже не всегда разрешат выйти в туалет, и будут снимать без перерыва часами, остановит их разве что обморок модели, и то ненадолго.

Съемки каталогов в Китае – это очень тяжелый физический труд. Если не верите, попробуйте как-нибудь провести 8-10 часов в примерочной магазина беспрерывно переодеваясь и позируя перед зеркалом в промежутках, со скоростью примерно 60 поз в минуту. На высоких каблуках. Повторите несколько дней к ряду. А пару месяцев? И не забудьте при этом хорошо выглядеть и улыбаться.

Если у вас получится сохранить здравый рассудок, можете утверждать, что быть моделью легко. Поэтому азиатский рынок – это, как правило, рынок для совсем юных моделей. Не только из-за предпочтений клиентов, но и потому, что только они могут и хотят тянуть это физически и морально.

Штрафы за лишние сантиметры

Для агентств модели - это просто расходный материал и инструмент заработка. Поэтому человечное отношение встречается нечасто. Никого особо не волнует, заболел ты, устал или не можешь удержать нужные параметры – тебя будут штрафовать, пугать и заставлять худеть, даже если ты уже синего цвета, и идет третий месяц отсутствия месячных на почве стресса и недоедания. Помню, в Таиланде нас измеряли каждый вторник: если параметры отличались от указанных в контракте хотя бы на сантиметр, нас лишали карманных денег на неделю (часто единственных денег). Поэтому есть все заканчивали в воскресенье. Во вторник не пили даже воду, чтобы не прибавить этот несчастный сантиметр за счет отека.

Красивая жизнь напрокат. История модели из Украины в Лондоне

Но, как говорится, раз модель – навсегда модель. Отказаться от возможности жить интересной жизнью, полной путешествий, приключений, бесконечных новых возможностей, взлетов и провалов, очень сложно. Это как наркотик. Я пыталась забыть об этом и жить нормальной жизнью. Даже не рассказывала о модельном прошлом новым знакомым, но они, как назло повторяли: «А почему бы тебе не попробовать стать моделью? У тебя же есть данные”. И в 23 я вернулась в модельный бизнес, на этот раз в Лондоне.

Европейский рынок и  £200 в день за съемку для Harrods

Европейский рынок намного приятнее азиатского, здесь все более размеренно и человечно. Лондон – один из сложных рынков. Здесь нет четкой сезонности в том смысле, что тяжело предсказать, в какие месяцы работы будет много, а в какие нет. Часто девочки приезжают на два месяца, ходят на немногочисленные кастинги, получают пару небольших работ и уезжают разочарованными и без денег. Для того, чтобы получить работу, должно совпасть много факторов.

С началом экономического кризиса компании начали ужимать бюджеты как только возможно. Поэтому многие уже давно  снимают онлайн-каталоги «в пол-лица».

Сейчас моделей в основном кормит ecom – регулярные съемки онлайн-каталогов. Это безумно скучная рутинная работа: за день нужно отснять до ста образов. С более «расслабленными» клиентами не более сорока, но таких клиентов все меньше. С началом экономического кризиса компании начали ужимать бюджеты как только возможно. Поэтому многие уже давно  снимают онлайн-каталоги «в пол-лица» (так называемые ‘unrecognisable photoshoots’) – если модель неузнаваема, то платить ей можно в разы меньше.

Сколько в среднем зарабатывает модель

Впрочем, некоторые клиенты и так платят меньше некуда. Никогда не забуду мой шок, когда узнала, что Harrods платит своим моделям за съемку ecom £200 в день до вычета процента агентства и налогов). То есть в результате модель получает меньше официантки, а требований к ней гораздо больше. И при этом на кастинг все равно была очередь.

В зависимости от клиента ecom стоит £300-1500 в день, показ – от £150 до £500, editorial для журнала – от £0 до £300, каталог – в среднем £800-£1500, тв-реклама – от £1000 до £20000 (возможно и больше, зависит от параметров использования). Это до вычета процента агентств и налогов. Естественно, для моделей с именем расценки другие и обсуждаются индивидуально. И конечно же, работ дешевле гораздо больше, а конкуренция все равно высока. Может быть так, что в одном месяце ты получишь две большие работы, а в последующие 2 месяца – вообще ни одной. Поэтому стабильность в виде регулярных ecom-съемок очень важна.

Среднего заработка я назвать не могу, он очень колеблется. Если за месяц была более-менее регулярная работа по очень средним ценам, то зарплата будет в районе £3000-4000. Но в какие-то месяцы может быть совсем пусто, а в другие случаются работы покрупнее.

Мифы о женской дружбе между моделями

Стереотипы о жесткой конкуренции и вражде между моделями – это, в основном, миф. Конкуренция и зависть, конечно, есть. Но грубыми и жестокими обычно бывают совсем молодые девушки из Восточной Европы, и то в основном в Азии: по молодости, из-за комплексов, сложных условий и тяжелого бэкграунда. В основном же девочки дружелюбны и очень поддерживают друг друга. В поездках приходится месяцами жить в съемных квартирах, и единственные друзья и семья, которые у тебя есть – это другие модели. Это действительно почти семейная жизнь с ссорами по поводу немытой посуды и прочих бытовых мелочей.

Есть умные, есть глупые, есть наивные, есть меркантильные: здесь встречаются все те же типажи, что существуют и вне модельного бизнеса.

Особенно сильны в коллективном духе бразильянки. В какую бы страну они ни приехали по контракту, их там всегда ждет сплоченная и шумная новая бразильская семья. Многие модели приезжают на работу из бедных стран и кормят целые семьи на родине. Честно говоря, иногда даже обидно слышать стереотипные вещи о моделях. Девочки очень разные, у всех разные истории, характеры, ценности. Но за годы в этой индустрии я бы охарактеризовала моделей как сильных и где-то отчаянных людей, которые умеют выживать в самых разных условиях. Есть умные, есть глупые, есть наивные, есть меркантильные: здесь встречаются все те же типажи, что существуют и вне модельного бизнеса. Каждый использует данные ему ресурсы как может и как умеет.

Ты – предмет интерьера

Что касается профессиональной деформации, то она определенно есть. Даже самые красивые не уверены в себе, так как на любую красивую найдется еще более красивая. С детства ты привыкаешь, что красота – это норма, а любые отклонения от нее – это смертный грех и причина себя стыдиться. К тому же есть мода на типажи, которая постоянно меняется. Да и сама индустрия меняется стремительно. Особенно на нее повлиял Инстаграм, но это тема для отдельного разговора.

Тебе рады на яхтах, шикарных вечеринках, частных пляжах, пентхаусах звезд и в кругу простых скучающих банкиров, но лишь потому, что ты хорошо вписываешься в интерьер.

Также ты привыкаешь к красивой жизни: ты вхожа в круги высшего общества в любом мегаполисе. Даже если после вечеринки возвращаешься в свою комнатушку с тараканами, которую тебе сдало заботливое агентство втридорога. Но важно помнить, что модельная жизнь – это красивая жизнь напрокат. Тебе рады на яхтах, шикарных вечеринках, частных пляжах, пентхаусах звезд и в кругу простых скучающих банкиров, но лишь потому, что ты хорошо вписываешься в интерьер. Ты и есть предмет интерьера.

Я обязана этой работе очень многим

Иногда мне кажется, что я терпеть не могу все, что связано с миром моды. Но тут же осекаюсь, так как обязана ему очень многим: я пожила в самых разных городах и странах, увидела самые невероятные места, в которых иначе не оказалась бы. Встретила людей, которых даже не мечтала встретить. Иногда у меня ощущение, что я уже прожила несколько очень разных жизней в одной. Конечно, очень не хватает ощущения дома, уверенности, чувства принадлежности. Но это обратная сторона мечты.

Это, конечно же, не самая тяжелая работа в мире. Но и не самая легкая, как кажется многим. Она требует постоянной адаптации, стойкости, умения выкручиваться и выживать. От нее устаешь – все-таки это индустрия тщеславия, комплексов и денег. Это уже давно не об искусстве или красоте. Но и жизнь вне этого мира начинает казаться невыносимо скучной и рутинной. Поэтому уйти сложно. Да и в археологи уже поздно.

Имя героини изменено по ее просьбе. Фото Shutterstock

*Букер – персональный менеджер модели, который занимается портфолио моделей, их рекламой и продвижением на модельном рынке. 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: