О каких переменах в России свидетельствует дело Ивана Голунова? Мнение журналиста Оуэна Мэтьюса

Дело Ивана Голунова, журналиста-расследователя российского издания «Медуза», обсуждается уже на международном уровне. Об аресте Голунова написали не только ведущие российские и мировые СМИ, но и политики. Среди них – глава британского МИД Джереми Хант, написавший у себя в твиттере, что озабочен этим делом и что его ведомство пристально следит за происходящим.

А что все это это значит для российского общества и для российских властей? Эти вопросы мы задали журналисту The Moscow Times и Newsweek Оуэну Мэтьюсу, который более 25 лет работал в России и Турции.

Журналисты испытывают трудности в России не в первый раз, но, кажется, в первый раз арест журналиста вызвал такую бурную реакцию. Как вы думаете, с чем это связано?

Прежде всего, это не первый случай, когда российское общество выступает в поддержку журналиста. Мы можем вспомнить избиение Олега Кашина, которое вызвало большой резонанс, а также, разумеется, убийство Анны Политковской. Но вы правы, я не могу вспомнить, когда бы арест журналиста вызвал такой протест.

Случай Ивана Голунова – это Фейсбук. Это очень яркий пример того, как соцсети работают в среде столичной либеральной интеллигенции. Власти могут контролировать очень много, но эта маленькая часть общества все-таки сохраняет влияние и смогла добиться того, что об Иване Голунове заговорил даже Дмитрий Киселев в своей программе. И его имя стало известно теперь уже точно всей России.

И я очень надеюсь, что в России не закроют Фейсбук после этой истории.

Шум вокруг ареста Голунова поможет ему или повредит?

Точно не повредит. Не было бы этого шума – его бы завернули и отправили в тюрьму, как это делали с сотней предпринимателей. Подбрасывание наркотиков – это ведь стандартная история в бизнесе, способ устранения конкурентов. Я уверен, что люди, которые подкинули наркотики, очень удивились реакции.

У властей при этом сейчас есть легкий путь отступления: уже были зафиксированы какие-то грубые противопоказания, ошибки в протоколах, они сейчас легко могут сдать назад.

Можно ли сказать, что режим меняется?

То, что Голунова отправили под домашний арест – это уже довольно сильно и удивительно. Для меня, как человека, работающего 25 лет в России и Турции, очевидно: этот номер не прошел бы в Турции, ни на секунду. Там бы уже давно сидели и Голунов, и те, кто вышел в его защиту. А значит, путинский режим –более вегетарианский, чем режим Эрдогана.

Меняется ли режим? Сложно судить. Случай Голунова – это не угроза режиму. Политковская угрожала ему, поднимала серьезные государственные вопросы. Возникни угроза масштаба Политковской или Ходорковского – власти поступили бы сегодня с новым Ходорковским так же, как и со старым.

А Голунов разоблачал средних коррупционеров. И мы не знаем, на каком уровне сейчас все решается. Мы знаем, что Путин не пользуется компьютером и о Фейсбуке знает понаслышке. Власти медленно реагируют на такие вещи. И я не думаю, что это дошло до верхов. Я думаю, что это некоторые чиновники обо…ались.

Так что очень хотелось бы говорить, что происходят изменения, но выводы об оттепели делать преждевременно. Пока что какой-то коррумпированный генерал ФСБ будет мериться силами с мэрией или кем-то еще. 9 августа мы узнаем итог, но он не будет показателем либерализации режима. Это будет всего лишь исход разборок.

Иллюстрация: три ведущие деловые газеты России – «Ведомости», «Коммерсант» и «РБК» – в понедельник вышли с одинаковым заголовком: «Мы – Иван Голунов».