Главное о русской жизни

в Великобритании

Комментарии

Маша Слоним. Футбол и патриотизм: все не так просто

Недалеко от моего дома есть буддийский монастырь. Я часто встречаю монахов, облаченных в красивые оранжевые одеяния. Мы ходим по одним дорожкам — я просто гуляю, а они медитируют. Но каждый раз, когда на крупном чемпионате по футболу происходит важный матч, полуфинал или финал, они спрашивают меня, кто выиграл. В монастыре нет ни радио, ни телевизора. Узнать, какой счет, им негде, но у них есть я.

07.07.2021
Маша Слоним
Маша Слоним
EURO 2020 Newspapers Pool

Но где я, и где футбол! И все же о том, кто играет и кто выигрывает, я информирована чуть больше, чем буддийские монахи. Правда, и я, и монахи, и, думаю, большинство людей интересуются графиком матчей, победителями и проигравшими лишь по большим футбольным праздникам, то есть каждые четыре года, когда проходит чемпионат мира или, как сейчас, чемпионат Европы — Евро-2020. 

Я совсем не болельщик, но помню, как в юности завидовала футбольным фанатам — именно фанатам, для которых футбол был чуть ли не главной страстью в жизни. Мне казалось, что я лишена какого-то важного элемента в жизни, сильнейшей эмоции, которой мне не было дано. 

Чаще всего футбольный фанатизм передается по наследству, обычно по отцовской линии. Мой папа футболом никогда не увлекался, его страстью были лошади, ипподром и бега. Как раз это передалось и мне: я ходила на бега на Московский ипподром, а в Англии обычно ставила на разных лошадок во время знаменитых ежегодных скачек Grand National. Это своеобразная традиция: не только заядлые «тотошники» считают своим долгом делать ставки на этих скачках.

И все же в числе британской части моей семьи есть и футбольные фанаты, и даже футболисты (мой внучатый племянник Бруно). Я сознательно написала «в британской», а не в английской, потому что главный футбольный фанат в семье — шотландец, журналист и писатель, муж моей сестры, то есть мой зять, по-английски — brother-in-law. Я нежно люблю Джима как члена семьи, но также он интересен мне тем, что на его примере я начинаю понимать проблему самоидентификации представителя одной из наций, входящих в Соединенное Королевство. Как-то у нас с ним был разговор, безотносительно к футболу, на тему «кем ты себя ощущаешь». Так он, человек, проживший большую часть своей взрослой жизни в Англии, ответил: «Шотландцем и гражданином Великобритании, но англичанином — никогда!»

Была у Джима и любимая шотландская команда (а может, и сейчас есть), но на чемпионате мира в полуфинале он, конечно же, болел за Англию. Что происходит с шотландцем, который никогда себя не считал англичанином, во время матча Англия – Шотландия на Евро-2020, понятно. Конечно, он болел за Шотландию. А вот в четвертьфинале и в полуфинале? После того как Шотландия вылетела, причем с совсем не позорной ничьей? Англия – Украина? Англия – Дания? В этом случае он все же болеет за Англию — теперь эта команда как бы представляет всю Британию. 

Так получилось, что британской сборной просто не существует — у каждой нации здесь свой национальный клуб. Но в начале матчей звучит гимн Британии «Боже, храни королеву», потому что у Англии нет собственного официального гимна. Как нет и своего английского парламента, кстати, в отличие от Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии. Тот, что заседает в Вестминстере, не в счет — это парламент всебританский. 

Футбол, как и парламент, в какой-то степени объединяет всех британцев, особенно, когда команда Англии выигрывает. Это все же народный командный спорт, не то что крикет — за достижениями английской команды в крикете страна не следит с таким вниманием, не отмечает победы с такой страстью и даже не всегда замечает. 

Хотя наш семейный футбольный фанат с возрастом потерял ту юношескую страсть и говорит, что просто наслаждается хорошей игрой, я уверена, что и он радуется победе «нашей» команды. И что интересно: победа команды Англии на Евро или на чемпионате мира как-то делает нестыдным патриотизм. Вдруг становится незазорным заворачиваться в британский флаг — с ним были замечены все видные политики, от Джонсона до Стармера, петь гимны (и официальный, и неофициальный), не извиняясь за имперское прошлое. 

Кстати, о «наших». Я заметила, что эмигранты особенно страстно болеют за команду страны, которая их приютила, и это понятно. Мои друзья и знакомые, бывшие соотечественники, почти все болеют на этом чемпионате за Англию. Разногласия, правда, произошли на политической почве. Кто-то, как я, во время матча Англия – Украина, все же сочувствовали Украине и гордились тем, что она прошла в четвертьфинал. Я, хотя и не страстный болельщик, переживала эмоциональный диссонанс: я хотела победы Англии, но была на стороне Украины, поскольку она — жертва российской агрессии. Мне трудно объяснить, какое отношение это имеет к футболу, но для меня важны успехи, в том числе и спортивные, этой независимой страны, важно, что в этом заочном состязании Украина победила, выйдя в четвертьфинал, в то время как Россия вылетела раньше.

Но в сегодняшнем матче я, вместе со своим шотландским «братом», всей душой желаю победы Англии!


Стоп! Эту благостную картину разрушил ирландец Барри, приехавший с моей подругой погостить. Он, правда, гражданин соседней Республики Ирландия, но родом из католиков-республиканцев Северной Ирландии. От разговоров с ним повеяло такой непримиримой враждой, как будто Смута, разрывавшая Ирландию почти всю вторую половину прошлого века, так и не прекратилась. “Всегда болею за любую страну, которая играет против Англии!”, — воскликнул Барри. Сегодня мы смотрим матч Англия-Дания вместе с Барри. Он болеет за Данию.

Да, все непросто.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Больше интересных статей о русских в Лондоне – в нашем Телеграм-канале

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: