Клубный тур по Tate Britain – к юбилею английского художника Уильяма Тернера

Начали с раннего автопортрета художника — того самого, который сегодня можно увидеть на 20-фунтовых банкнотах. Посмотрели его глазами на Лондон конца восемнадцатого столетия (в особенности, на Гринвич, чистый горизонт которого сильно изменился за прошедшие пару сотен лет и заполнился небоскребами). И от общего перешли к частному — к экспериментам и сюрпризам, которых от Тернера совсем не ожидаешь.

Например, к работам, выполненным акварелью, — они представлены отдельно в небольшом зале. Среди них есть и рисунки, которые сегодня мы могли назвать абстракцией, если бы не знали, кто является их автором. Загадка, как художнику удалось настолько опередить время.

В том же зале — альбом с набросками обнаженных фигур. Большую часть этих изящных скетчей сжег близкий друг художника Джон Рескин после его смерти. Правда, из самых лучших побуждений: он никак не мог примириться с тем, что мир увидит эротическую графику, подписанную именем великого английского живописца, что это может бросить тень на его репутацию. Но найти все рисунки, к счастью, Рескину не удалось — так они стали частью огромного завещания Тернера и перешли во владение города.

В зале напротив можно увидеть незаконченные полотна, найденные после смерти художника. И вновь — неожиданный (и, возможно, не запланированный, но случившийся) сюрприз от Тернера.

Сюжеты его работ могут быть непредсказуемы — и порой нереалистичны, созданы из мифов и легенд, а могут быть точны и документальны, словно из учебников истории. Иногда композиции строятся четко — по вертикали и горизонтали, а иногда Тернер словно нанизывает объекты и персонажей по диагонали, создавая динамику движения — хаотичного и живого.

Через творчество художника можно проследить и то, как менялись вкусы коллекционеров той эпохи. Так, к 1843 году Тернер создал две работы по сюжетам Великого потопа и Ноевого ковчега — и удивительно не только то, что его техника кардинально трансформировалась со временем, но и то, что нашлись смельчаки, которым пришелся по нраву другой Тернер.

Такие эксперименты у художника — самое интересное. Они вызывают наибольшее количество эмоций и обсуждений. Именно за ними и стоит приходить в Tate.