На виду у всей нации. О чем рассказывает выставка нарядов Елизаветы II в Лондоне

Жизнь, отраженная в стиле

Queen Elizabeth II: Her Life in Style — крупнейшая экспозиция, когда-либо посвященная гардеробу королевы. Здесь можно увидеть более 200 предметов ее одежды и аксессуаров — от детских платьев до нарядов последних лет ее жизни. Почти половина из них демонстрируется впервые. Подготовка выставки заняла 18 месяцев, а билеты на первые недели были распроданы еще до открытия.

Как рассказывает куратор проекта и хранительница королевской коллекции Каролина де Гито, Елизавета II никогда не была одержима модой, но отлично знала о ее силе и использовала одежду как инструмент — в том числе дипломатический. Чтобы понять, насколько искусно она это делала, сейчас достаточно прийти в галерею Букингемского дворца. Стройными рядами и отдельными группами, некоторые из которых напоминают английские цветники, там расположились платья, шляпки, сумочки, туфли и другие предметы, когда-то составлявшие важную часть жизни Елизаветы. Каждый стенд — своя история, каждый предмет — фрагмент личного «словаря» Ее Величества с особым символическим языком. Им она общалась с подданными, с лидерами других стран, а иногда и со всем миром сразу — скорбела и бунтовала, демонстрировала почтение и оказывала поддержку, делала манифесты, которые делать было нельзя, и просто выражала себя. Как политик, не говоря много словами, королева научилась общаться невербально: через цвет, силуэт, детали, через тщательно выстроенный визуальный образ, в котором не было ничего случайного. Этим навыком Елизавета II владела виртуозно, как никто другой — ни до нее, ни после. 

Выставка в Букингемском дворце впечатляет, а еще трогает: мы видим не только историю британской монархии последних 70 лет, но и историю женщины, которая умела говорить, не произнося ни слова. Самые проницательные посетители, наверное, даже ее могут услышать.

Королева Елизавета II умела одеваться

Елизавета II по праву считается сильным дипломатом — об этом сказано немало. Однако чем глубже погружаешься в экспозицию «Her Life in Style», тем отчетливее раскрывается другая, параллельная, история — о привлекательной стильной женщине, вдохновлявшей и своих подданных, и именитых дизайнеров, таких как Кристофер Кейн, Алессандро Микеле и Миучча Прада — а еще способной посоперничать с самими яркими дивами своего времени.

Так на одном из стендов представлено черное корсетное платье — воплощение роскоши и утонченности. В этом наряде королева не только не померкла, но, по мнению многих, даже затмила свою легендарную ровесницу — икону Голливуда Мэрилин Монро. Их знаменитая встреча состоялась в 1956 году на лондонской премьере фильма «Битва у Ла-Платы». Не скованная придворным протоколом, Монро — в то время объект желания доброй половины планеты — выбрала облегающее золотое платье с провокационным декольте. Однако королева Великобритании ничуть не уступила ей в эффектности: силуэтный наряд, оголенные плечи без намека на пошлость, изумрудные украшения и бриллиантовая тиара — это был выход роскошной женщины.

Всю свою жизнь Елизавета была на виду — и понимала, как это было важно для страны и Содружества, которые она возглавляла. Она стала первым монархом эпохи телевидения — как ее отец когда-то стал первым монархом эпохи радио.

Коронация Елизаветы II стала первой в британской истории королевской церемонией, которую вживую транслировали на ТВ. Половина населения страны — 27 миллионов человек — прилипла в июне 1953 года к маленьким черно-белым экранам.

Все последующие 70 лет прошли в окружении телевизионных камер — Ее Величество почти до самой смерти регулярно присутствовала на экранах. «Чтобы люди мне верили, нужно, чтобы они меня видели», — сказала однажды королева.

На выставке, конечно, можно увидеть ее коронационное платье — расшитое символами стран Содружества, созданное Норманом Хартнеллом и украшенное сложной вышивкой с символами стран Содружества: английской розой, канадским кленовым листом, валлийским луком-пореем и так далее. В 1953 году оно символически объединило всю тогдашнюю Британскую империю. Империя через несколько лет мирно распалась — а платье сохранилось.

Разумеется, история нарядов королевы не была бы полной без свадебного платья. Трогает история его создания: в суровом 1947 году Елизавета — еще принцесса — не могла просто купить ткань для платья и была вынуждена собирать талончики, словно какая-нибудь простая девушка из Лидса. К сожалению, подвенечное платье Елизаветы чувствует себя не так замечательно, как коронационное: хранителям сложно поддерживать его в хорошем состоянии. Говорят даже, что оно выставляется для всеобщего обозрения в последний раз (так что не пропустите).

В первую очередь долг, а не капризы

Кураторы «Queen Elizabeth II: Her Life in Style» представили наряды разных лет — платье беременной Елизаветы 1948 года, ее прозрачно-пластиковое пальто из 60-х, клетчатые брюки, в которых Ее Величество проводила время в семейном кругу в Сандрингеме и Балморале. Есть и детские вещи — в том числе и легендарное крестильное платье, заказанное еще королевой Викторией. Ему 130 лет, и в нем крестили добрых полсотни королевских младенцев, включая и саму Елизавету. И, конечно, наряды ее золотого возраста — включая знаменитый розовый («лососевый») костюм, в котором она с Джеймсом Бондом (Дэниелом Крейгом) открывала Олимпиаду 2012 года.

Выбирая одежду, Ее Величество — как всегда — думала в первую очередь о своем долге. Ее яркие платья и пальто были не капризом, а осознанной необходимостью: королеву должны были видеть. Не ближний круг, а все — в том числе издалека, сквозь толпу, сквозь серую британскую погоду. 

Кстати, кураторы выставки сознательно отказались от привычной музейной дистанции: многие платья и костюмы не защищены стеклом. Посетители не будут взирать на них издали, но смогут подойти на расстояние вытянутой руки и рассмотреть фактуру тканей, вышивку и другие детали.

Сумки, шляпки и дипломатия

Особое внимание уделено аксессуарам. В Королевской галерее можно будет увидеть многие из украшений Елизаветы, включая, например, браслет, созданный герцогом Эдинбургским к пятой годовщине свадьбы. А также повседневные, но не менее узнаваемые предметы: перчатки, сумки, платки, туфли, сапоги для выездки. 

Сумки она использовала для того, чтобы отдавать тайные распоряжения своим помощникам (например, в ее ближнем круге знали, что если Ее Величество положила сумку на стол, то через пять минут мероприятие должно быть закончено). Шляпы и броши, которые она надевала, нередко говорили народу больше, чем формальные слова, которые королева произносила согласно протоколу. Чего стоила ее сине-желтая шляпка, которую она надела для выступления в парламенте в 2017 году. Вся страна тогда встала на уши: неужели королева против «Брекзита»?

Отдельно нужно будет рассмотреть ее шляпки — их представлено несколько десятков. Среди них будут весьма смелые головные уборы — о которых и не подумаешь, что королева могла в самом деле такое надеть на свою голову. Как говорит хранитель коллекции Каролина де Гито: «Шляпки были ее способом нарушать правила». «Возможно, единственным», — добавим про себя мы.

Главный талант Ее Величества

Чем дольше мы живем без нее, тем очевиднее, что главным талантом и трудом жизни Елизаветы II было ее умение молчать. Она всю жизнь хранила молчаливое достоинство — свое собственное, всей королевской семьи, да и всего британского народа.

Если вам когда-нибудь доводилось спорить с теми, кто отрицал значение монархии, то вас, скорее всего, пытались поставить в тупик вопросом: «Ну а что такого уникального для страны сделала королева?».

И если вы попадались на эту удочку и пытались понять, какую же полезную работу она выполняла, то, вероятно, начинали теряться. И правда, вроде бы ничего особенного. Посещала другие государства — но то же самое делают и дипломаты, состоящие у нее на службе. Покровительствовала благотворительным организациям — но ведь покровительство заключалось главным образом в использовании ее имени и титула, которые она не заслужила, они ей достались по праву рождения. Присутствовала на церемониях — но ведь и премьер-министр на них мог присутствовать. И даже не премьер, а просто какой-нибудь министр. Мало ли в Британии людей, умеющих жать руки и перерезать ленточки? 

В эти споры ввязываться не нужно. Главное, что нужно понимать о Елизавете II: она долгие десятилетия работала над своим образом, посвятив жизнь тому, чтобы быть образцом. Ни разу не совершив подлости и не оказавшись лично замешанной ни в один скандал, она всю жизнь умела оказаться выше любой неприятной истории, куда ее, то и дело, пытались затянуть члены ее семьи. 

Так было, когда газеты пестрели слухами о неверности ее мужа принца Филиппа. Так было во время развода Чарльза и последовавшей за ним гибели Дианы. Так было и в недавней истории с принцем Эндрю, когда вскрылись его приключения. И когда Гарри и Меган пытались выставить Виндзоров абьюзерами. 

Как бы ни ругали в прессе, пабах и парикмахерских Букингемский дворец и его обитателей, Елизавета II всегда оставалась верна себе. И либо молчала, либо высказывалась очень коротко и сухо — как в случае с внуком Гарри и его супругой, где всего три слова — «recollections may vary» (рус. — «воспоминания могут различаться») — поставили на место заигравшуюся в культуру отмены чету Маркл. 

Эталон порядочности

Эта стратегия поведения не характерна для всей остальной Британии. Британия любит велеречивость, словесную кудрявость и состязательность остроумия — победителем тут часто оказывается не тот, кто прав, а тот, кто умеет лучше говорить.

Но Елизавета II всегда была выше разговоров — и ни разу не ошиблась. Никого не обидела, ни разу не была поймана на неподобающем ее статусу поведении. Ни разу не запятнала себя предательством, трусостью или обманом. Ни разу не опустилась до пререканий и выяснения отношений, оставаясь эталоном верности и порядочности.

Благодаря этому она и встала в один ряд с первыми моральными авторитетами мира. Среди ее современников с трудом можно насчитать хотя бы десяток людей, которые бы пользовались таким же уважением, как она. На ум приходят Далай-Лама и мать Тереза. Еще, возможно, генерал де Голль. Даже Черчилль, которого сегодня называют самым великим британцем в истории, не снискал такого безусловного уважения.

Не титул сделал королеву, а она его

И не надо обманываться насчет титула: это не королевский титул сделал ее такой. Наоборот, она всю жизнь положила на то, чтобы лучшие национальные черты британцев — стойкость, выдержка, скромность, умение держать себя и хранить достоинство — стали ассоциироваться в первую очередь с британской монархией, которая до Елизаветы (как никто уже, конечно, не помнит) порядочной и безупречной в общем-то не слыла.

Тут вышло как с легендарным английским газоном: надо всего лишь посадить траву и поливать сто пятьдесят лет. Только в случае Елизаветы — семьдесят, ведь именно столько она пробыла на троне, пройдя путь от первой невесты Британии до всеобщей уважаемой бабушки, которой достаточно лишь пошевелить бровью, чтобы вся страна трепетала и боялась огорчить ее своим поведением. 

Ее стиль был вне времени — потому что он был выстроен не вокруг моды, а вокруг роли. И именно поэтому он оказался сильнее любой моды.