Юлий Дубов: «После «Большой пайки» и «Олигарха» я считаюсь главным специалистом по Березовскому»

UPD: добавили полную видеозапись в конец статьи.

9 сентября члены клуба ZIMA встречались с Юлием Дубовым — ученым, бизнесменом, но, пожалуй, в первую очередь, писателем. Больше всего он известен как автор романа «Большая пайка» — одной из главных русских книг о бизнесе 1990-х. В ее основу положены реальные события из жизни Бориса Березовского. С ним Дубов проработал бок о бок много лет, был его соратником и настоящим другом. Так что с самого начала было ясно, что разговор с Дубовым будет одновременно и разговором о Березовском. Так и получилось.

Поговорить с Юлием Дубовым в ресторан ZIMA в Сохо пришли люди, которым в силу возраста (не в обиду им будет сказано), а кое-кому — и в силу схожих жизненных обстоятельств – неплохо известны  реальные события в российском бизнесе на рубеже веков и те, что положены в основу «Большой пайки» (и снятого по этому роману фильма «Олигарх»). А также двух других книг трилогии — «Варягов и ворюг» и «Меньшего зла».

Не было никакой нужды также объяснять собравшимся, с кого списаны персонажи произведений Дубова. Хотя о некоторых — например, о полковнике Беленьком из «Большой пайки», лагерном пахане Кондрате из «Варягов и ворюг» или Старике из «Меньшего зла» — писатель и журналист Александр Кан все же спрашивал. В ответ гости вечера неизменно получали короткие увлекательные истории о прототипах героев (все они, конечно, реальны), окрашенные яркими и вызывающими эмоции личными воспоминаниями Дубова. Кстати, рассказчик из него ничуть не худший, чем писатель.

Разумеется, главным героем вечера был Платон Маковский, точнее — Борис Березовский, с которым Юлия Дубова связывает давнее (с 1972 года) знакомство и большая дружба. И с которым он был всегда рядом — вплоть до смерти в 2013-м.

Собравшихся интересовали самые разные нюансы их отношений и происходивших событий. В частности, такие:

– Все ли устремления Березовского вы разделяли? Во всем были его единомышленником?

– Нет, конечно. Были вещи, с которыми я не был согласен. И надо отдать Борису должное, он никогда не настаивал на том, чтобы я делал то или участвовал в том, с чем не был согласен.

– Какие это вещи?

– Например, я был категорически против суда с Романом Абрамовичем. Но это не значит, что я согласен с вердиктом судьи Глостер по этому делу.

– Есть разные версии о том, кто может быть причастен к взрывам жилых домов в Москве в 1999 году. Например, одни, среди которых, вероятно, был и Березовский, полагают, что ФСБ, другие — что как раз сам Березовский. В книге «Меньшее зло» вы встаете на сторону сторонников первой версии. Почему?

– Подозрения, что с этими взрывами не все чисто, никуда не деть. И я действительно лично знаю людей, которые убеждены, что к этому причастна ФСБ. Но для книги эту версию я взял исключительно для занимательности.

– Как отнеслись прототипы ваших героев к выходу «Большой пайки»? Не говорили, что, мол, как же так, секреты выдаешь?

– Был всего один подобный эпизод. Полковник Радчиков — прототип афганца Беленького — как раз сидел в тюрьме, когда вышла книга. Потом его выпустили, и он позвонил мне и сказал: «Как же ты мог раскрыть схему?!» А Борис и Бадри (Бадри (Аркадий) Патаркацишвили, близкий друг и деловой партнер Березовского — ZIMA) после выхода книги просто сказали, что интересно. Прочли, наверное, пару страниц.

– Если бы вы писали свои книги сейчас, когда ни Бориса, ни Бадри уже нет в живых, вы бы что-то изменили, рассказали бы о чем-то иначе?

– Нет, ничего не изменил бы.

– Что вы можете сказать о книге Петра Авена «Время Березовского»?

– Представьте, что человек вдруг, случайно получил возможность летать — в любом направлении, с любой скоростью, без ограничений. Так вот, по отношению к этому дару я делю людей на три группы. Люди первой группы подумают, что это им привиделось после вчерашнего, поэтому они наутро откроют пиво и все забудут. Люди второй группы поймут, что к ним в руки попало что-то очень ценное, поэтому они будут летать. Но по возможности по ночам, в пределах собственной квартиры и так, чтобы их никто не видел. А человек из третьей, самой малочисленной группы, как только поймет, что может летать, немедленно дунет куда-то вверх в стратосферу с бешеной скоростью, потом — так же стремительно вниз, потом проверит, может ли он долететь до Америки и обратно, поймет, что может, после чего увидит какой-то самолет в воздухе, подлетит к иллюминатору, скажет «У-у!» и попытается немедленно закадрить стюардессу. Так вот, в книге Петра Авена люди из первой и второй групп пытаются рассказать, что они думают о человеке из третьей группы.

– А сами себя вы к какой группе причисляете?

– Ко второй.

И этим, пожалуй, все сказано.

Полная видеозапись беседы – ниже. Фото Валентины Корабельниковой и Splento.