Люди

Чулпан Хаматова: «Помощь другим всегда спасает тебя самого»

Люба Галкина — издатель ZIMA Magazine:

«Больше всего на свете я люблю общаться с людьми. В своей колонке я буду рассказывать о тех, кто меня вдохновляет. Надеюсь, они вдохновят и вас».

Чулпан Хаматова для меня — это сгусток энергии, который никогда не замирает и заряжает всех вокруг себя светом и теплом.

Фото: Ольга Лавренкова

Мы познакомились с Чулпан, когда я начала помогать фонду «Подари жизнь» в Лондоне и, во многом благодаря ей, это стало органичной частью жизни — моей и всех моих близких — последние десять лет.

Чулпан сейчас в Латвии, где провела большую часть карантина. Мы созвонились с ней, чтобы поговорить обо всем, что волнует ее  на данный момент.

 

Театр во время вируса

Л: Как ты думаешь, когда откроют театры?

Ч: Я настроена пессимистично. Думаю, что театры откроются в самую последнюю очередь. К сожалению, это не та отрасль, без которой нельзя жить.

Л: А в Риге, где ты сейчас находишься, тоже ничего не открылось?

Ч: Нет, в Риге все театры закрыты. Может, они откроются с соблюдением норм безопасности и социальной дистанции, но это будет тяжелое испытание для театров — им будет очень сложно выживать. Независимые театры точно не выдержат, если будут ограничения по количеству зрителей.

Л: Ты делала что-то творческое во время карантина?

Ч: Нет, я осталась одна с тремя детьми, без какой-либо помощи. Я уже отвыкла от того, что весь быт на мне, на детях — даже растерялась немного. Я все же человек очень «головной» и любящий структурирование. Лишившись будущего и возможности его планировать, я немного «подрассыпалась», потекла куда-то. Я говорю себе, что надо жить сегодняшним днем, что надо жить здесь и сейчас, но тем не менее вижу, что психологически развалилась. Выяснилось, что мне нелегко выживать без работы.

Фото: Евгения Басырова. Чулпан Хаматова и Люба Галкина во время кинопоказа “ВМаяковский” в Лондоне декабрь 2017 года

Л: Насколько я знаю, ты репетировала «Горбачева”, новый спектакль Театра Наций, онлайн. 

Ч: Да, мы репетировали, но это было очень сложно. Мы выжали из онлайн-репетиций все, что можно было, и ушли в отпуск. Теперь мы встаем на ноги и должны в октябре выпустить спектакль, если будут зрители. Премьера состоится в Театре Наций в Москве. 

Л: Что ты думаешь вообще про творчество в онлайн-пространстве? У такого формата есть будущее? Было несколько интересных проектов, например «Сказки на дому», в котором ты участвовала.

Ч: Да, я участвовала в «Сказках» с удовольствием, но вообще такой формат не очень хорош. Как минимум надо было бы знать текст наизусть. А так, когда ты читаешь и не смотришь в камеру – это все не то. Мне кажется, у этого нет будущего. Единственное, что мне очень понравилось и заинтересовало – это перформанс, который делали Владимир Варнава с балетом «Москва». Они какое-то время его репетировали и он был показан онлайн в прямом эфире. Все ребята подключались из разных мест. Вот это было интересно даже с какими-то ошибками, погрешностями и техническими сбоями. Но это тоже может быть интересно увидеть пару раз, посмотреть три-четыре подобных проекта. Хотя это было сделано по-новому и очень талантливо. Но я не думаю, что большое количество таких проектов сможет удержать внимание зрителей. А всякие сериалы онлайн, которые выходят в записи из Zoom… Не думаю, что они останутся.

Л: То есть мы не должны бояться за судьбу театров?

Ч: Я за живую игру: я хочу прикасаться, слышать другого человека, нюхать другого человека. Я хочу зрителей в театре, обмена энергиями — я хочу живую материю, аналоговый способ.

Л: У тебя запланированы какие-то новые съемки, постановки? 

Ч: Все запланировано, но пока в подвешенном состоянии. Не понятно, когда что можно будет делать.

 

Кирилл Серебренников и приговор

Л: Как ты оцениваешь ситуацию с приговором по делу Кирилла Серебренникова?

Ч: Для меня она абсолютно однозначная. Осужденные ни в чем не виноваты. За счет Кирилла решили сыграть какую-то партию. Сыграть, как хотелось не вышло, поэтому пришли к некому соглашению. Поскольку признавать свои ошибки следствие и силовики у нас не умеют, то объявили, что он «условно виновен» или «условно свободен». Несмотря на несправедливый приговор, сейчас уже большое счастье, что Кирилл не в тюрьме. Хотя, конечно, всех фигурантов нужно было бы признать невиновными и извиниться за три года жизни. Но сейчас мы живем уже в новой реальности, новых декорациях и играется новая пьеса.

Л: А у тебя сейчас есть какие-то совместные творческие планы с Кириллом?

Ч: Пока у нас так и остался нереализованный проект — благотворительный вечер Viva la Vita в пользу фонда «Подари жизнь» в Большом Театре. Надеюсь, что мы сможем его реализовать в следующем сезоне, как только откроются границы для оперных артистов и будет безопасно и путешествовать, и ходить в театр. 

Кроме того, мы уже закончили съемки, и, кажется, Кирилл даже уже смонтировал фильм «Петровы в гриппе». Премьера должна была состояться на Каннском фестивале, но теперь не знаю, когда будет. Я получила от съемок огромное наслаждение. Картина получилась потрясающая — такая необычная, совершенно новый киноязык. И книга, взятая за основу, очень необычная, но получившаяся картина — это совершенно отдельное произведение искусства. Он, как художник, вдохновленный книгой, создал что-то абсолютно свое. Я надеюсь, что мы с Кириллом поработаем еще много.

Фото: Ира Полярная. Спектакль “Две комнаты” в Гоголь-Центре

Л: Что у тебя сейчас в «Гоголь-центре» идет из пьес?

Ч: Все, что и было — «Мандельштам. Век-волкодав» и «Две комнаты».

 

Михаил Ефремов 

Л: Что ты думаешь про ситуацию с Михаилом Ефремовым?

Ч: Это просто трагедия, древнегреческая трагедия, когда страдают все. Я очень люблю Мишу, это страшная боль. Не дай Бог оказаться ни на той, ни на другой стороне этой трагедии.

 

Фонд «Подари жизнь» и коронавирус

Л: Все знают про твою связь с фондом «Подари жизнь», который часто называют твоим фондом. Расскажи, как отразилась на нем ситуация с коронавирусом?

Ч: Честно говоря, я со страхом смотрю в будущее, потому что наши планы были намечены на пять-десять лет вперед и они были с глубинным развитием. Мы хотели изменить саму систему помощи так, чтобы она работала как часы, чтобы не было вопроса о помощи каждому конкретному ребенку, чтобы все точно знали, что ребенку обязательно помогут, чтобы был вопрос только о логистике, структурировании этой помощи и чтобы ничто не нарушало этот механизм. Такие стояли задачи и они были связаны с большими вливаниями средств, которые не очень понятны людям непосвященным. Ведь всегда проще давать на помощь конкретному ребенку, а не на какую-то абстрактную систему в будущем. Естественно, на фоне экономического кризиса, который сейчас последует, все эти планы теперь под вопросом и скорее всего не состоятся. От этого мне очень грустно. 

Л: Но ведь люди продолжают жертвовать?

Ч: Да, конечно.

Л: Ты провела много эфиров в Instagram для фонда «Подари Жизнь» за время карантина — считала сколько?

Ч: Нет, я не считала. Это другая аудитория, с ней надо учиться работать, быть к ней готовой. Приятно было видеть коллег, друзей, но вообще я не совсем чувствую этот формат. Сама я не могу заставить себя посмотреть чей-то прямой эфир — мне скучно, жалко времени. Я лучше книгу почитаю или кино посмотрю. 

Фото: Евгения Басырова. Выступление Чулпан Хаматовой на гала-вечере фонда Gift of Life, январь 2020

Л: В Лондоне находится фонд Gift of Life, который помогает «Подари жизнь». Ты часто бываешь в Англии и хорошо знаешь друзей фонда. Что для тебя «русский Лондон»?

Ч: Для меня нет такого понятия «русский Лондон». Есть каждый отдельный русский или не русский человек в Лондоне, и он должен понимать: может ли он спать спокойно, зная, что где-то умирает ребенок из-за того, что его родителям не хватило денег на лечение. Есть категория людей, которая не может спать спокойно и старается помочь сохранить жизнь хотя бы одному ребенку, а есть люди, которым все равно. Неравнодушный русский (и не только) Лондон, я думаю, так и будет помогать, если Gift of Life продолжит существовать.

Л: Что бы ты посоветовала нашим читателям в это непростое время?

Ч: Я хочу посоветовать им сделать доброе дело — например, перевести деньги в Gift of Life. Помощь другим всегда спасает тебя самого. По крайней мере, при непонятном будущем конкретное хорошее дело всегда поднимает настроение.

Фото: Архив фонда Gift of Life

Чулпан Хаматова. Лондон для меня — это про радость

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите CTRL + ENTER

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: