Великий лондонский пожар: катастрофа, которая преобразила город

Ранним утром 2 сентября 1666 года мирная жизнь средневекового Лондона изменилась навсегда из-за одной непотушенной свечи. Беспощадное пламя унесло мириады жизней, разрушило многие районы и существенно повлияло на ход истории. В годовщину Великого пожара рассказываем, как ужасная катастрофа превратила столицу Великобритании в самую передовую в Европе.

Многие приписывают Великому лондонскому пожару мистическое значение, что не удивительно — ведь в XVII столетии во всех стихийных бедствиях винили дьявола. Тем более за год до этого буйствовала эпидемия бубонной чумы, которая выкосила четверть населения страны. Однако свидетельства очевидцев помогают найти логичное объяснение произошедшему. Оно больше связано с людской халатностью, нежели с гневом Люцифера.

Источником бедствия стала свеча, которую забыл потушить пекарь по имени Томас Фарринер. Этот джентльмен владел пекарней на Паддинг-лейн (территория Сити), где в основном проживали торговцы и ремесленники. Большинство домов в этом густонаселенном районе были деревянными, а также построенными из дешевых легковоспламеняющихся материалов: соломы, дегтя и льна. Плюс роль сыграло расстояние между зданиями: оно было настолько мало, что там едва могли разойтись телеги, доверху набитые провизией.

В то злосчастное утро лорд-мэр города Томас Бладворт, разбуженный слугами, нехотя посмотрел на пламя вдалеке, зевнул и, произнеся лишь: «Тьфу! Даже баба сможет потушить этот огонь, помочившись», отправился досыпать. Далее случилось непредвиденное. Из-за сильного ветра и жаркой погоды огонь начал распространяться на запад и разбушевался до такой степени, что его было трудно остановить. Горожане пытались спасти дома, ломая трубы из водопровода, потому что путь к реке перекрывали языки пламени. В городе воцарился хаос. Власти, которые наконец оценили масштаб катастрофы, обратились к правящему королю Карлу II. Монарх принял радикальные меры: приказал сносить здания на пути огня.

Отчаявшиеся горожане спасались бегством, пробираясь из Сити на север и восток через узкие улицы и на лодках по Темзе. Все, кто остался без крова, сооружали укрытия из подручных средств на площадях и в парках. Но пожар все не хотел останавливаться. Некоторые очевидцы утверждали, что видели огненный смерч, который поглотил целый район. Спустя два дня Карл II лично присоединился к пожарным, чтобы раздавать указания и помогать таскать ведра с водой, пока его советники наблюдали гибель собора Святого Павла.

Мракобесие закончилось 5 сентября, благодаря тому, что сработал план подрыва и уничтожения зданий. В некоторых точках огонь все еще бушевал, но к тому моменту политическая элита была обеспокоена поиском виноватых. В основном обвиняли иностранцев. Если попадался кто-то из французов и голландцев — главных противников Англии — то их избивали до полусмерти. В конце концов поджигателем признали часовщика Юбера. Несчастного немедленно казнили, прежде чем выяснилось, что он страдал слабоумием и прибыл в Лондон спустя два дня после начала пожара.

Пока отчаявшиеся жители нещадно обвиняли в случившемся врагов страны, папскую власть и приближенных Карла II, элита занялась восстановлением покалеченного города. В архитектуре новых зданий дерево заменили на камень, запретили надстраивать верхние этажи так, чтобы они нависали над нижними, расширили улицы, освободили подступы к Темзе и установили систему противопожарных гидрантов.

Далее нужно было придумать способ предотвратить новые пожары. На помощь пришел Николас Барбон. В 1667 году он учредил первую в Англии страховую компанию по защите от возгораний, которая взяла под контроль каждый десятый дом.

Сейчас многие историки считают Великий лондонский пожар «очистительным» событием. Несмотря на четыре дня агонии и колоссальные потери, Лондон освободился от возможно имеющихся очагов чумы и стал самой развитой архитектурной столицей Средневековья.