Илья Гончаров. Как мы с Кевином Спейси пережили катастрофу

Что важно: жизнь налаживается не только лишь у всех (c), но и у актера Кевина Спейси. Мы оттаиваем от полуторагодовой подморозки ковидом, а он — от трехлетнего анабиоза, в который его ввергла «культура отмены». Легенда мирового кино, которому предъявили лживые обвинения в сексуальном насилии, получил предложение сняться в фильме «Человек, который нарисовал Бога» вместе с Ванессой Редгрейв. Режиссером картины станет муж Редгрейв Франко Неро. Это будет первая работа Спейси в кино, после того как его выпилили отовсюду и даже зарубили успешный сериал «Карточный домик», в котором он играл главную роль.

Символично, что Спейси, которого множество людей пыталось обвинить в насилии над несовершеннолетними, сыграет в этом фильме детектива, расследующего ошибочное дело о педофилии. 

Еще символично и то, что год назад актер сам сравнил воздействие пандемии на планету с собственной судьбой.

«Моя работа, мои отношения, мое положение в индустрии — все это исчезло в считаные часы», — рассказал Спейси. Он, конечно же, оговорился, что не собирается сравнивать свою историю с историями других людей, чтобы не обесценивать их опыт. Но заявил, что понимает, что испытывают люди, которые потеряли работу из-за пандемии.

«В этом случае я чувствую, что могу понять, каково это, когда твой мир внезапно останавливается. Хотя мы, возможно, оказались в похожих ситуациях, но по совершенно разным причинам и обстоятельствам, я все же считаю, что некоторые из эмоциональных переживаний ощущаются одинаково», — сказал тогда Спейси.

Напомним коротко для тех, кто забыл детали: в 2018 году Кевина Спейси обвинил в домогательствах актер Star Trek Энтони Рэпп (якобы это произошло давным-давно, в 1986 году, когда Рэппу было четырнадцать, а Спейси — чуть больше двадцати). Потом на актера пожаловались еще двадцать мужчин, многие из которых не стали раскрывать свои имена. 

Воины справедливости повернули против Спейси вентилятор общественного мнения, и его отовсюду уволили. Его персонажа в «Карточном домике» убили (а с ним и весь сериал), а отснятый фильм «Все деньги мира» пересняли с другим актером — в лучших традициях сталинской этики, когда обвиненных в шпионаже на Румынию или Японию партийцев вырезали из фотографий.

Потом, когда дело дошло до юристов, в суд из этих двадцати дел попало лишь одно, но и оно развалилось. Обвинитель отказался предоставить суду главную улику — телефонную переписку, сославшись на то, что не хочет свидетельствовать против себя.

Спейси, таким образом, оказался невиновен. Воины справедливости, разрушившие его карьеру и превратившие его жизнь в ад на долгих три года, не были наказаны и живут себе спокойно и дальше. Вероятно, присматривают очередную жертву для безнаказанной клеветы. 

Что я сейчас не хочу сказать: что «культура отмены» это что-то неправильное. 

И даже не то, что многие другие говорили в 2018 году: что за странная такая индустрия, в котором человека (талантливого профессионала и знаменитого на весь мир актера в данном случае, но это даже не так важно) могут лишить заслуженных им достижений на основании просто голословных обвинений, высказанных анонимами? С каким это пор эмоции, вызванные чьими-то (крокодиловыми или не очень) слезами, стали важнее разума, доказательности и права человека на защиту от обвинений?

И даже не то, что нам всем следует составить список тех, кто травил актера в СМИ и соцсетях, и больше никогда им не верить.

А сказать я хочу следующее: мне очень жаль Кевина Спейси. Он понимает, как я переживал ковидную изоляцию. А я (пережив пандемию) тоже понимаю, как он переживал свой ад. Только ему ведь было в сто раз хуже: мы-то переживали всем миром, и виновата в этом была летучая мышь из какого-то китайского города, где расположен институт вирусологии. И мы против этой мыши имели небывалый запас нравственной правоты. 

А он был один, и в его истории виноватой летучей мышью считали его самого.

И я очень рад, что жизнь у него налаживается. И у меня, и у всей планеты, но особенно — у него. Это приглашение в кино — это же для него справка о реабилитации: что остракизм в отношении него прекращен и товарищу Сталину все-таки передали, что произошла ужасная ошибка. И что в его личной катастрофе он не летучая мышь. Я бы хотел сейчас быть на его месте: осознавать, что тебя не уничтожили, и что ты будто новый человек, и снова учишься ходить и дышать. Жизнь твоя не будет прежней, но будет новая, и она будет не хуже.

Впрочем, я ведь тоже ощущаю нечто похожее, пусть и в более скромных масштабах. Мне теперь можно пойти в паб, в театр и в гости, и мне от этого тоже очень непривычно и очень хорошо. 

Если бы еще в Лондоне наконец потеплело, было бы вообще лучше всех.