Маша Слоним. Премьер-министр против «собачьей» мафии

По действующему закону воровство собак расценивается как не слишком серьезное преступление: оно идет наравне с хищением имущества, типа кражи мобильного телефона или другого неодушевленного предмета. И хотя законом за подобное преступление предусмотрено до семи лет заключения, на практике этого никогда не происходит. Самое печальное, что лишь один процент подобных преступлений доходит до суда! 

Борис Джонсон в своей статье не зря поставил чуть ли не в один ряд преступные группировки, занимающиеся торговлей наркотиками, и «собачью» мафию. В то время как из-за локдауна наркоторговцы потеряли мобильность и доходы, воровство собак, наоборот, стало очень выгодным занятием. По статистике общества DogLost, которое занимается поиском пропавших питомцев, за прошлый год число краж собак выросло на 170%, а в этом году ожидается, что цифра будет еще выше. 

Локдаун породил огромный спрос на домашних животных, в результате чего цены на них, особенно на собак, резко подскочили. 

Как только был объявлен первый локдаун, британцы, которые и так любят собак и кошек, полюбили их с удвоенной силой. Если судить по ценам на щенков любой породы и даже метисов, то не с удвоенной, а с учетверенной. Именно настолько поднялись цены на щенков. 

За собак, даже сомнительного происхождения и метисов, просили по несколько тысяч фунтов стерлингов, а воровать их стали иногда прямо из-под носа хозяев или из садов. Приюты и заводчики не знали, куда деваться от звонков, некоторые отвечали на 40–50 обращений в день. Запись на собак и кошек растянулась на несколько месяцев, а приюты резко опустели. 

Когда у меня умерли от старости и болезней два кота, и я хотела найти хоть кого-нибудь из кошачьих, чтобы мой осиротевший кот не скучал в одиночестве, я обзвонила все близлежащие приюты. Всюду были огромные очереди на «усыновление», а я так никого и не нашла.

Желание завести себе четвероногого друга в локдаун понятно. И одиночество скрасит, и свободного времени во время локдауна стало больше — почти все оказались привязанными к дому. 

С начала пандемии больше трех миллионов домохозяйств в Великобритании приобрели по меньшей мере одного домашнего питомца. По статистике Ассоциации производителей кормов для домашних животных, сейчас в стране 17 миллионов семей, в которых есть домашние питомцы. 

Все помнят историю с вооруженным нападением в Лос-Анджелесе на выгульщика собак Леди Гаги, который в результате был тяжело ранен. Это, конечно, крайность, но и в Великобритании был случай, когда у человека, выгуливающего свою собаку, похититель пытался отнять ее, угрожая ножом. А уж истории безутешных хозяев можно услышать достаточно часто. 

Из-за огромных цен на собак их воровство стало выгодным, причем воры часто хватают целый помет породистых щенков, продав которых, можно заработать суммы, сравнимые с продажей нескольких килограммов кокаина. При этом риск получить большой срок — минимальный. 

В правительство уже направлены петиции, требующие, чтобы парламент обсудил новый законопроект, в котором преступления, связанные с кражей собак, рассматривались как более тяжкие, чем кража неодушевленных предметов. Ведь собака — это не вещь, а член семьи, говорится в одной из петиций, которая на сегодняшний день собрала уже 303 000 подписей, среди которых есть и моя. 

Теперь парламент обязан поставить в свою повестку обсуждение законопроекта, хотя пока неизвестно, когда это будет. Между тем правительство уже отреагировало на петицию, указав, что «понимает, какая эмоциональная травма может быть нанесена в результате похищения любимой собаки». В то время как только суд может выносить приговор и определять сроки, Совет по вынесению приговоров издал рекомендации учитывать эмоциональный эффект тех или иных преступлений при вынесении приговоров. 

А между тем, пока ажиотаж вокруг собак не упал и парламент не принял более жесткий закон, общества защиты животных предупреждают владельцев, что следует держать ворота и калитки на замке и не размещать в социальных сетях фотографии своих собак. «Собачья» мафия выходит на потенциальную добычу, прочесывая интернет.