Ай Вэйвэй. Fuck you, mother

К 4 июня 1989 года, когда китайские власти решили очистить пекинскую площадь Тяньаньмэнь от мирных протестующих с помощью огнестрельного оружия и танков, Ай Вэйвэй уже восемь лет жил в США. Он точно не знал, чем хочет заниматься (кроме абстрактного – «искусством»), деньги добывал полуслучайным образом – то подвернется работа в багетной мастерской, то получится в очередной раз смотаться в Атлантик-Сити, чтобы выиграть сотню долларов в блэкджек. Но одно Ай Вэйвэй, сын репрессированного китайского поэта Ай Цина, знал точно – возвращаться домой он не собирается. До этого момента. Когда 32-летний художник прочитал о сотнях, затем – тысячах убитых студентов, требовавших демократических реформ, он пришел в ужас. И присоединился к голодовке напротив нью-йоркской штаб-квартиры ООН, надев на голову повязку с надписью «fuck you, mother». Подразумевалась, конечно же, родина-мать, Китайская Народная Республика. Ей будет посвящена вся его дальнейшая карьера – от перформансов 1990-х до инсталляций 2010-х, рок-альбома и клипа-пародии на Gangnam Style. Ай Вэйвэй будет упрямо говорить о свободе и посылать к черту власть, превратится в мем и икону бескомпромиссного искусства.

Прошлое не должно быть забыто

Ай Вэйвэй родился в 1957-м в Пекине – и уже на следующий год его отец Ай Цин, выдающийся поэт, учившийся в начале 1930-х во Франции, был подвергнут политическому остракизму. Председатель Мао только что свернул кампанию «Пусть расцветают сто цветов», якобы приветствующую гласность и критику, а на самом деле предваряющую травлю китайской интеллигенции и Культурную революцию. Ай Цин, слишком верный коммунист, чьему перу принадлежат поэмы «Зоя» и «Октябрьские поздравления», показался системе опасным. Его, как «правого элемента», сослали в провинцию Синьцзян, где Ай Цин шестнадцать лет занимался чисткой туалетов.

Ай Вэйвэй вырос неподалеку от советской границы, запоминая, как по-русски сказать «товарищ» и «прошлое не должно быть забыто». С одной стороны, сын интеллигента, знаменитого поэта. С другой – репрессированного ассенизатора. Семье разрешили вернуться в Пекин в 1976-м, когда умер Мао – и уже через два года Ай Вэйвэй поступил в Пекинскую киноакадемию. Там он недолго проучился анимации, параллельно организуя опен-эйр выставки оппозиционных художников группы «Звезды». А в 1981-м, без денег и знания языка, поехал вслед за своей девушкой в США.

Роняя вазу династии Хань

Там Ай Вэйвэй подружился с битником Алленом Гинзбергом – старым знакомым Ай Цина – и занялся изучением совриска. До этого он знал разве что Пикассо и Матисса – Нью-Йорк открыл для него концептуальное искусство, поп-арт, банку супа Campbell’s Энди Уорхола и «Фонтан» Марселя Дюшана. Вдохновившись, Ай Вэйвэй начал делать похожие работы – например, инсталляцию Safe Sex: армейский плащ, с вырезанной дыркой в области паха – туда художник вставил презерватив (дело было в середине 1980-х, когда весь мир захватила угроза СПИДа).

В 1993-м Вэйвэй вернулся в Китай – прежде всего, из-за болезни отца, которому осталось жить всего три года. И начал обустраивать арт-пространство в Пекине – например, выпустил с друзьями «черную», «белую» и «серую» книги, в которых содержались репродукции работ современных китайских художников, а также Йозефа Бойса и все тех же Энди Уорхола и Марселя Дюшана – книги продавали из-под полы, на выходах из официальных галерей.

Тогда же к художнику пришла первая слава. В 1995 году он сделал серию из трех снимков «Роняя вазу династии Хань» – на них Вэйвэй разбивает бесценные вазы с 2000-летней историей. Хулиганская работа, отсылающая к хунвейбинской «отмене прошлого», резко контрастировала с лакированным официальным искусством КНР и еще больше прогремела позднее – когда Вэйвэй нанес на вазу неолитического периода логотип Coca Cola.

Изучение перспективы

Середина 1990-х прочертила траекторию развития Ай Вэйвэя как художника, оппозиционно настроенного не одной только китайской власти, но авторитаризму вообще, любой попытке искусственно ограничить человеческие свободы. В фотосерии «Изучение перспективы» Вэйвэй фотографирует достопримечательности по всему миру – от той самой площади Тяньаньмэнь до Эйфелевой башни и Белого дома. И показывает им фак – поскольку рука художника находится прямо перед объективом камеры, она, по законам перспективы, оказывается больше всех этих знаменитых сооружений. Грандиозное fuck you всем, кто навязывает тебе свое мнение – главная константа искусства Ай Вэйвэя, которую, по иронии судьбы, он смог реализовать именно потому что власть в Китае 1990-х чуть ослабила хватку…

…и решила довериться авангардному художнику. Поначалу китайский истеблишмент принял Ай Вэйвэя вполне благосклонно. Ему позволили построить галерею China Art Archives and Warehouse, а затем и вовсе дали важнейший господряд – пригласили его поучаствовать в разработке «Птичьего гнезда», национального стадиона для Олимпийских игр 2008 года. На несколько лет художник, показывающий фак всему миру, стал придворным дизайнером.

Сказка

В 2005-м, по приглашению крупного китайского интернет-портала, Вэйвэй завел собственный блог, куда стал ежедневно писать о ходе работы и просто – обо всем. В 2007-м художник создал для выставки современного искусства «Документа» в Касселе проект «Сказка». Для него Вэйвэй вывез в Германию 1001 своего соотечественника, ни разу не бывавшего за границей, предварительно снабдив их одеждой собственного дизайна. По пространству «Документы» художник расставил 1001 стул эпохи династии Цин – чтобы участники проекта могли передохнуть.

Впрочем, продлилась эта сказка недолго. Чем дальше, тем больше в его блоге появлялось критических замечаний о ситуации в стране и ущемлении гражданских свобод. Окончательно все обрушилось в 2008-м. За несколько месяцев до Олимпиады в Китае случилось Сычуаньское землетрясение – под завалами погибли десятки тысяч человек. Вэйвэй, уверенный в том, что правительство скрывает реальные цифры, объявил о «гражданском расследовании». Вместе с волонтерами он ездил по городам и деревням, чтобы найти имена погибших школьников. Художник открыто обвинил власть в коррупции и преступной халатности — по его мнению, из-за них многие школы не соответствовали критериям сейсмической безопасности. Тогда же он бойкотировал открытие Олимпийских игр – несмотря на свою многолетнюю работу над «Птичьим гнездом».

Вспоминая

9000 школьных ранцев покрывают фасад мюнхенского музея Haus der Kunst – из рюкзаков разных цветов собрано предложение: «Она счастливо жила на этой земле семь лет». Эта фраза принадлежит матери одной из погибших во время землетрясения девочек; Ай Вэйвэй создал инсталляцию «Вспоминая» (Remembering) к годовщине Сычуаньского землетрясения.

К тому моменту отношения художника с властью достигли критической точки. В августе 2009 года, ночью, полицейские ворвались в гостиничный номер Вэйвэя в Чэнду (там художник собирался выступить свидетелем в защиту активиста Тань Цзожэн, занимавшегося той же темой) и избили его – в Мюнхене ему диагностировали кровоизлияние в мозг. В январе 2011-го власти снесли его шанхайскую студию – и даже не пустили на прощание с ней. В итоге, крабовая вечеринка, задуманная Ай Вэйвэем в пространстве мастерской, прошла без него самого.

Семена подсолнечника

Наконец, 3 апреля того же года Ай Вэйвэя арестовали в пекинском аэропорту якобы за неуплату налогов. Время для подобной акции было выбрано явно неудачно – незадолго до этого в Турбинном зале Tate Modern открылась выставка Ай Вэйвэя «Семена подсолнечника» – зрители могли взглянуть на 100 миллионов фарфоровых семян подсолнечника (а в первые дни – и пройтись по ним, позднее это запретили из-за опасности фарфоровой пыли), над которыми несколько лет трудились 1600 мастеров из столицы китайского фарфора – города Цзиндэчжэнь. Инсталляция отсылала одновременно к ходячей фразе «сделано в Китае» и опыту авторитаризма – на пропагандистских плакатах председатель Мао часто представал в виде солнца, к которому тянутся подсолнечники, обычные люди.

«Семена подсолнечника» пользовались огромным успехом, так что неудивительно, что сразу после ареста Ай Вэйвэя по всему миру прошли акции солидарности в поддержку художника. Высказался Аниш Капур, посвятивший Вэйвэю работу «Левиафан»; к протесту присоединились политики и институции по всему миру — от Хиллари Клинтон до галереи Tate. Обычные люди устраивали флешмобы – самый заметный назывался «1001 стул для Ай Вэйвэя». Он отсылал к «Сказке» – люди молча садились на стулья перед китайскими посольствами в своих странах. Под влиянием международной общественности 22 июня 2011 года Ай Вэйвэя выпустили на свободу.

Священный

Три года художник провел под домашним арестом, с конфискованным паспортом. За ним велась постоянная слежка, его имя фактически запретили упоминать в китайском интернете. Тем не менее, Вэйвэй по скайпу руководил многими международными проектами – так, в 2013-м он дистанционно представил на Венецианской биеннале работу «Священный» (S.A.C.R.E.D.) – шесть железных ящиков с куклами, изображающими его самого и двух офицеров, приставленных к нему на время его 81-дневного тюремного заключения; с ними он ходил на допросы, ел, спал и даже ходил в туалет.

В 2015-м Ай Вэйвэю удалось эмигрировать – сначала в Германию, затем в Великобританию и наконец в Португалию, где он прямо сейчас работает над проектами о миграционном кризисе и создает Lego-инсталляции (например, художник воссоздал из конструктора картину Эндрю Уайета «Мир Кристины», добавив туда копию своей новой мастерской). Пожалуй, самое поразительное в Вэйвэе – не бесстрашие («Я боюсь больше других – и именно поэтому действую, ведь знаю, что иначе будет хуже») и даже не художественное упрямство, а его непреодолимый оптимизм. Он очень любит животных – однажды даже снялся для разворота глянцевого журнала о кошатниках Puss Puss. Не стесняется появляться перед камерой голым и, опять же, сниматься в пародиях на корейские поп-хиты. А еще верит в искусство, крабовые вечеринки и факи мировому истеблишменту.