Первая волна русской эмиграции в Великобритании: история княжеской семьи Голицыных

«Я изучаю историю своей семьи более 20 лет, и всю пандемию провела дома, разбирая архивы, — рассказывает княжна Екатерина Голицына. — Мне хотелось составить полную картинку, собрать пазл — из многочисленных заметок, дневников и документов, которые достались мне от родственников». 

Катя родилась и выросла в обычной, на ее взгляд, семье русского князя и англичанки. Ее дедушка и бабушка были эмигрантами, так называемой, первой волны — той, что захлестнула Европу после революции и военного поражения Белых армий в почти шестилетней Гражданской войне. Перебравшись в Лондон, они надеялись, что однажды смогут вернуться домой, но этого не случилось. Лишь спустя практически 70 лет Катя стала первой из Голицыных, рожденных за границей, кто решился выучить русский язык и побывать в России. 

На встречу с клубом «Зима» Катя принесла фотографии и документы, которые бережно хранились членами ее семьи более ста лет. «На этом снимке, например, можно увидеть двух главных персонажей моей истории — Владимира и Екатерину Голицыных, моих дедушку и бабушку, которые в 1919 году, спасаясь от революции, уехали со своими сыновьями в Великобританию». 

Оба — и Владимир, и Екатерина — выросли в русских дворянских семьях. За Владимиром стоял один из наиболее старинных и именитых родов — династия Голицыных, происходящая от великого князя литовского Гедимина. 

Екатерина принадлежала к императорской династии Романовых. В 1890 году ее отец — Георгий Мекленбург-Стрелицкий — женился на фрейлине Натальей Вонлярской, после чего она получила титул графини Карловой, и семья, которая до этого владела Михайловским дворцом, где расположился Русский музей, переехала в особняк на Фонтанке, 46 — хорошо известный сегодня как «Дом Карловой». 

Именно в этом особняке в 1994 году княжна Екатерина открыла Мемориальную библиотеку кн. Г. В. Голицына, которая 25 лет хранила в своих стенах самую обширную коллекцию книг о России, написанных за рубежом на русском и английском языках, а также публикации русских эмигрантов. А в 2019 году собрание литературы было передано княжной Голицыной в дар Санкт-Петербургу и стало филиалом Центральной городской публичной библиотеки имени В.В. Маяковского.

Из Санкт-Петербурга — в Лондон

Показывая черно-белые фотографии, Катя рассказывает, что после революции 1917 года дворянским семьям было опасно оставаться в стране. Поэтому, двумя годами позже, Голицыным удалось покинуть дом, спасаясь от Гражданской войны. 

«В июле 1919 года они сели на корабль, который отправлялся из Новороссийска в Константинополь, а оттуда шел в Италию. Штампы в паспорте моей бабушки показывают, какой непростой путь им пришлось преодолеть с маленькими детьми: Константинополь, Рим, Париж и, наконец, Лондон». 

Катя добавляет, что Ла-Манш Голицыны пересекли 18 июля 1919 года, после чего оказались в прибрежном городе Саутгемптон — прямо в День Победы в Первой Мировой войне. Семья остановилась в South Western Hotel, где за 7 лет до этого жили пассажиры печально известного лайнера «Титаник» перед тем, как отправились в путешествие. 

К 1920 году семья Голицыных воссоединилась в Англии в надежде, что через несколько лет им удастся вернуться обратно домой, в Россию. В своих особняках они оставили практически все, что было нажито за долгие годы — сервизы, украшения, предметы искусства. «Первые годы моя тетя жила на деньги, которые получала от продажи жемчуга в Cartier. На одной из фотографий ее можно увидеть в длинных жемчужных серьгах, которые со временем становились все короче и короче. В конце концов, когда она появилась с последними жемчугами в магазине, господин Картье выкупил их и сказал, что восстановит серьги, а потом продаст их в таком виде, какими они были изначально», — добавляет Катя.

Княжна продолжает: «Денег им тогда не хватало: в письмах мой дедушка часто говорит об этом. К тому же, семья была очень большой, и кто-то обязательно навещал их время от времени. Голицыным было необходимо найти вместительный дом и тогда они арендовали поместье Чессингтон-Холл, которое быстро превратилось в своеобразный центр русскоязычного сообщества и культуры». 

Со временем, чтобы прокормить семью, Владимир начал заниматься антиквариатом и в конце 1920-ых годов открыл галерею неподалеку от Беркли-сквер, где в начале XIX века находилось Российское посольство. Среди его клиентов были представители самых знатных семей — от Юсуповых до Волконских. Кроме того, в архивах сохранились документы, подтверждающие, что русский антиквариат у него покупали и члены британской королевской семьи. В частности, их интересовали произведения Фаберже (и некоторые из тех, что демонстрировались на недавней выставке в музее V&A, были куплены в коллекцию через князя Голицына). 

Судьба остальных Голицыных

К сожалению, не всем членам семьи удалось уехать из России. Брат Владимира, Николай, был арестован в имении под Тулой и отправлен в Сибирь. Спустя несколько лет после переезда Владимир получил от него письмо, в котором узнал, что Николай встретил девушку в лагере, что они поженились и завели детей. В 1932 году князю все-таки удалось вывезти их в Англию. Свою историю они рассказали в книге Spirit To Survive: The Memoirs Of Princess Nicholas Galitzine. 

«А у другой близкой родственницы моего отца, его тети Валентины Гордеевой, судьба сложилась иначе. Вместе с Великой княгиней Елизаветой она ухаживала за сиротами, больными и ранеными солдатами в ​​Марфо-Мариинской Обители. Однако, в конце концов, ее тоже арестовали и отправили в Туркестан, где она умерла в изгнании и одиночестве». 

Спустя несколько лет Голицыны получили британские документы, которые позволили им остаться в стране. Однако вскоре мир захватила вторая война — еще более страшная чем та, которую, казалось, семья уже пережила. Три сына — три князя Голицыных — ушли на фронт, а Екатерина начала работать переводчиком в Военном Министерстве. В первые дни Блитца, 9 октября 1940 года, она, к сожалению, погибла от бомбардировок на пути домой. 

Княжну Екатерину Голицыну назвали в честь ее бабушки. «Конечно, я никогда не встречалась с ней, — добавила Катя. — Но в те моменты, когда я изучаю историю нашей семьи, я будто бы заново знакомлюсь с ней, и мы становимся ближе. Думаю, мне очень с этим повезло».