Для хорошего лета: 8 детских книг, с которых начинается любовь к чтению

Вопрос «Как заставить ребёнка читать?» кажется нам неправильным. Мы вообще против любых «заставлений», а с чтением этот трюк и вовсе не работает. Как только книга превращается в ещё одно полезное упражнение, любить её становится трудно — особенно летом, когда меньше всего хочется выполнять очередное задание.

Любовь к чтению часто начинается с одной удачно найденной книги. У многих взрослых наверняка была история, которая стала ключом к целой библиотеке. Так почему бы не предложить ребёнку чтение, способное удивить его, рассмешить или подарить настоящий восторг? Книгу, которая будет говорить с ним на одном языке.

«Поход к мандрагорам, или История о льве, слоне, жирафе и еже, который хотел стать совой», Анна Красильщик и Юрий Сапрыкин-младший

Название книги занимает почти половину обложки — и это не случайно. Дальше всё будет именно так: с большим размахом, нелепо, быстро и смешно прежде, чем успеваешь понять, что именно тебя рассмешило.

В лесу герои – Совоёж, Лев, Жираф и Слон — откровенно заскучали. А ведь их давно зовут в городской музей, да ещё и билет бесплатный. Решено: нужно выбраться, выпить кофе и заодно посмотреть на искусство. Но культурного отдыха не получается. Музей закрыт на реконструкцию, новый директор оказался вором и велел «на месте „непонятных“ кричащих мандрагор нарисовать капусту». Так что кофе придётся отложить: друзьям предстоит спасать искусство.

Сюжет устроен как рифмованная пьеса-комикс: герои перебрасываются репликами, рисунки продолжают шутки, а некоторые страницы хочется не просто читать, но немедленно разыграть по ролям — не зря издательство «Белая ворона» отдельно замечает, что это приключение идеально подходит для школьной постановки. 

Соавтор книги Юрий Сапрыкин-младший — историк и создатель популярного просветительского проекта о культуре и повседневной жизни Средневековья. Отсюда узнаваемая интонация: странные звери со средневековых изображений ведут себя как наши современники, история искусства превращается в настоящее приключение, а злодей считает капусту понятнее мандрагор. Писательница Анна Красильщик добавляет к этому точность хорошей детской поэзии, а художник Тим Яржомбек превращает книгу в непрерывную череду визуальных колкостей.

«Куда мы идём?», Катерина Воронина

Книжку-картинку невозможно прочитать, просто пробежав глазами по строчкам: половина истории обязательно спрячется где-нибудь в углу разворота. «Куда мы идём?» — новинка 2026 года и хороший повод потренироваться смотреть по сторонам. Мама неожиданно увозит девочку в путешествие, а та думает только о секрете, который подруга Аня не успела ей рассказать. Но постепенно дорога забирает внимание на себя: горы оказываются огромными мягкими кошками, море можно приподнять, словно простыню, а старинный дворец — превратить в площадку для пряток. Книга объясняет ребёнку, как справляться с тревогой, но предоставляет полезный инструмент: иногда мир просто должен снова стать большим и интересным, чтобы тревожная мысль перестала занимать его целиком.

Катерина Воронина — иллюстратор и художник-муралист, а «Куда мы идём?» — первая книга, которую она и нарисовала, и написала сама. История выросла из её детских путешествий с родителями и одной фантазии: сидя на заднем сиденье машины, Катерина представляла, что её руки становятся огромными и гладят горы, мягкие и пушистые издалека. Эта фантазия первой превратилась в иллюстрацию — руки тянулись из машины прямо к горным вершинам. В 2020 году работа была отмечена на Болонской детской книжной ярмарке, а спустя несколько лет стала отправной точкой для целой книги. Правда, нарисовав первые шесть разворотов, художница решила начать всё заново: изображения получались слишком аккуратными. Ей хотелось больше свободы, движения и хулиганства. Поэтому готовая книга выглядит так, будто её рисовали пританцовывая: гуашью, восковой пастелью и карандашами. Даже палитра здесь придумана заранее — в ней почти нет красного, оранжевого и фиолетового. 

Для тех, кто любит разглядывать картинки подольше, Катерина Воронина придумала отдельную игру. По страницам путешествует мистер Дельфин, у которого развивается собственная маленькая история, а среди гор спрятаны семь больших кошачьих лиц. Есть, конечно, и главный секрет — тот самый, который Аня шепчет героине. Мы спросили Катерину, знает ли она его. Знает. Но рассказывать отказалась: иначе какой же это секрет?

«Ариоль. Суперский летний лагерь», Эмманюэль Гибер, Марк Бутаван

Некоторые взрослые до сих пор относятся к комиксам как к тренировочным трехколесным велосипедам: пусть ребёнок немного «покатается» с картинками, а потом пересядет на «настоящие» книги. Но комикс — не упрощённая литература, а самостоятельный язык со своей грамматикой, ритмом и способом рассказывать истории. Предлагаем подумать о комиксе, как о процессе: читателю приходится соединять изображение и реплики, понимать, что случилось между двумя кадрами, различать интонации и считывать выражения лиц. Иногда на одном развороте нужно проделать больше невидимой работы, чем в нескольких страницах обычной прозы.

Серия комиксов «Ариоль» появилась во французском журнале J’aime lire ещё в 1999 году, разрослась больше чем до двадцати томов. Многие сюжеты Эмманюэль Гибер взял из собственных детских воспоминаний. И «Ариоль» хорош тем, что не пытается заманить ребёнка супергеройскими подвигами. Самое важное приключение здесь — обычная жизнь. 

Маленький синий ослик ходит в школу, дружит с поросёнком Рамоно, влюблён в коровку Петулу и то и дело оказывается в ситуациях, после которых хочется исчезнуть под партой — приключений не счесть. Постепенно Ариоль и его друзья становятся почти родными, а каждая новая книга ощущается как свежая серия любимого мультфильма: герои те же, но что случилось с ними на этот раз?

В новинке серии — книге «Суперский летний лагерь» —  Ариоль с одноклассниками отправляется к морю. Там будут регата, древние арены, экологическая ферма, танцы и даже признание в любви. Темы вроде бы уже не малышовые: первые чувства, попытки понравиться, ревность, страх выглядеть глупо. Но говорить о них легче, когда ты не семилетний человек, а синий ослик в больших очках. «Ариоль» вообще даёт ребёнку приятное ощущение взрослости: книга не пытается объяснить чувства, а просто показывает ситуации, в которых они возникают, — неловкие, смешные и знакомые.

«Оскар и я. Наши места», Мария Парр

Мария Парр — автор «Вафельного сердца», «Тони Глиммердал» и «Вратаря и моря». В 2025 году её новая повесть вышла на русском в переводе Ольги Дробот — переводчицы, благодаря которой герои Парр уже много лет разговаривают с русскоязычными читателями так естественно, будто живут в соседнем доме.

Восьмилетняя Ида и её пятилетний брат Оскар ссорятся, мирятся, боятся монстра в шкафу, отправляются на сафари в бетонную трубу и встречают заблудившихся вампиров. Здесь повседневность — не пауза между приключениями, а само приключение. Мария Парр будто заново настраивает резкость: привычные места становятся огромными, семейные обиды — почти катастрофами, а обычный день вмещает столько событий, сколько иному фэнтези и не снилось. Всё это ещё и очень точная история о братьях и сёстрах — людях, которые умеют ужасно раздражать друг друга и всё равно остаются самыми близкими.

В 2024 году повесть о приключениях Иды и её брата вошла в международный каталог лучших детских и юношеских книг «Белые вороны». Совсем скоро русскоязычных читателей ждёт продолжение истории — «Оскар и я. Наши вещи». Книга выйдет в издательстве SamTamBooks этой осенью, так что новая встреча с героями после последней страницы случится очень скоро! 

«Енот на высоте», Артём Голиков

Приготовьтесь: это знакомство, скорее всего, надолго. «Енот на высоте» открывает целую серию — после первой книги герой уже успел побродить по лабиринту, а теперь отправился изучать искусство. «Енот в музее» — прекрасная новинка и продолжение беспокойной биографии маленького енотика.

Но встречу с героем лучше всего начать с первой книги. Маленький енот орёт как турбина, устраивает бурю в ванной, карабкается туда, откуда нормальные еноты предпочитают смотреть в бинокль, и регулярно доводит родителей до состояния «мы сейчас сойдём с ума». К счастью, в семье есть старшая сестра. Пока мама и папа охают, она вспоминает школьную физику и придумывает решения ко всем проделкам младшего брата.

В книге пять коротких историй, но ощущаются они как сезон хорошего семейного ситкома. Енот всё время «производит» катастрофу, родители комментируют её в прямом эфире, сестра сохраняет спокойствие, а картинки Лены Репетур работают как закадровые комментарии: подхватывают шутки, показывают реакции героев и успевают устроить на полях ещё несколько маленьких происшествий.

«Голландский без проблем», Мари-Од Мюрай

Не позвольте названию книги вас запутать: в русском издании под обложкой собраны сразу несколько историй французской писательницы Мари-Од Мюрай. Повести «Голландский без проблем», «Мой малыш на 210 франков» и «Воскресенье с динозаврами» выходили на родине писательницы отдельными книгами, однако во всех трёх историях Мюрай сталкивала планы взрослых с детской импровизацией. Причем, вторая часто оказывается более жизнеспособной. 

Так случается в «Голландском без проблем». Уже в начале истории Мари-Од Мюрай пишет портрет обеспокоенного родителя, который хотя бы раз пытался превратить детское лето в амбициозный инвестиционный проект. 

По задумке родителей этим летом Жан-Шарль не должен купаться в море.  Все свое свободное время мальчик обязан посвятить погружению в языковую среду, чтобы выучить немецкий. В Германии Жан-Шарль знакомится с Никлаусом. Общего языка у них нет, поэтому приходится его придумать. Представившись в шутку Тарзаном, Жан-Шарль неожиданно превращается для нового друга в Ятазана — и решает оставить себе это имя до конца августа. В изобретенном мальчишками языке обычные слова получают новые значения, а взрослым остается только наблюдать за «прогрессом» ребёнка: что они и делают, параллельно строя весьма лестные выводы о своем успехе. Получается рассказ об изучении языка, в котором никто ничего толком не изучает, — зато дети действительно начинают общаться. 

Мари-Од Мюрай — одна из самых признанных французских писателей: на её счету почти сто книг: не только для детей, но и для взрослых. В 2022 году она получила премию Ханса Кристиана Андерсена — высшую международную награду в детской литературе, и стала первой француженкой, удостоенной её в писательской категории. Кажется, секрет текстов Мюрай довольно прост: она безоговорочно доверяет и детскому чувству юмора, и детскому уму.

«Лис и Зайка», Сильвия Ванден Хейде

«Лис и Зайка» начинается почти с букварной простоты. Вот так: 

«Это Лис, а это Зайка.
Лис — толстяк. 
— А вот и нет!
— Да-да!
Лис, ты слишком много ешь. 
— Я и сам знаю. 
Так и есть. Лис — ужасный обжора. 
Смотрите. 
Вот, что может съесть Лис: 
кусок сыра,
и кастрюлю каши,
и банку сливок,
и кусок рыбы,
и ещё орех,
и грушу,
а ещё потом он выпьет много-много сока»

Но дальше автор проделывает довольно хитрый фокус: на каждой новой странице предложения понемногу удлиняются, появляются новые слова и конструкции, диалоги становятся сложнее. История растёт вместе с читателем, только сам он этого почти не замечает. Ему кажется, что он только узнаёт, что будет дальше, — а тем временем простые фразы превращаются в настоящий рассказ.

Новые слова здесь намеренно повторяются, чтобы успеть стать знакомыми, а более длинные и сложные вводятся постепенно — по одному. Картинки нидерландского художника-карикатуриста Тэ Тён Кина, который за иллюстрации к «Лису и Зайке» получил престижнейший приз «Серебряный грифель», подсказывают, что происходит, но не пересказывают текст целиком. Это очень озорная читательская лестница: следующая ступень всегда чуть выше предыдущей, но до неё всегда можно дотянуться.

Первая книга о Лисе и Зайке вышла в Бельгии в 1998 году, была переведена на двенадцать языков и получила семь литературных премий. Сегодня серию используют в нидерландских школах, где дети только осваивают самостоятельное чтение. Впрочем, сами читатели вряд ли замечают педагогический замысел: текст становится сложнее постепенно, пока всё внимание забирают смешные диалоги, ссоры, примирения и лесные происшествия. В русском издании эту систему сохранил перевод Ирины Лейк: вместе с шутками и характерами героев на русский удалось перенести и почти незаметное усложнение языка.

«Сердечко, вырезанное из картона», Евгений Клюев

Клюев был не только сказочником, но и профессиональным лингвистом, специалистом по литературному абсурду и переводчиком Льюиса Кэрролла. С 1996 года он жил в Копенгагене и преподавал датский язык, продолжая писать художественные тексты по-русски. Евгения Клюева не стало в мае 2025 года, но его сказки продолжают ставить в театрах и читать вслух.

Чтобы найти героев сказочника, не нужно ехать в волшебную страну. Достаточно заглянуть на кухню, под кровать или на ближайшую помойку. Там обнаружатся Оловянная Ложка, мечтающая о Барселоне, Лавровый Лист, разочарованный в жизни, обиженная на ураган Бумажная Птичка, Рассеянный Воздушный Поцелуй и Сердечко-Вырезанное-из-Картона, которое хотело бы любить сразу всех. 

В сборнике 31 сказка и интервью с автором. Они устроены как шкаф со множеством ящиков: каждый можно открыть отдельно, прочесть одну историю перед сном, потом вернуться и выбрать следующую. Кажется, истории предметов попали в книгу случайно, как будто сразу из фантазии автора — сюда. Но на самом деле Клюев словно пишет все это не сам: каждая сказка — часть того, что видит и фиксирует один из его героев — Простой Карандаш. Листочки с его заметками однажды разлетятся, превратившись в книгу — такая вот магия.

Для детей — это истории о смешных говорящих вещах, а взрослый увидит в них одиночество, страх оказаться ненужным, желание быть собой и надежду, что место в мире всё-таки найдётся даже для картонного сердечка. Язык у Клюева не обслуживает сюжет, он — механизм, который запускает события. Выражение «лавровый лист разочаровался в жизни» внезапно становится буквальным. Лестничка может вести только наверх. Дирижёрская палочка устает дирижировать. Длинные имена героев, повторы, дефисы и игра со значениями превращают каждую сказку в небольшую словесную игру. Книгу будет интересно перечитать через несколько лет: текст остаётся прежним, а история оказывается уже другой.