Кто 31 октября должен был стать героем дня (не про Корбина)

31 октября 2019 года в Британии было днем необычным и запоминающимся.

Вот вы сейчас подумали о новоотложенном “Брекзите” – и ошиблись. Речь о другом. А именно – о спикере британского парламента Джоне Беркоу, который ушел в отставку и стал героем дня.

Журналисты любили спикера Беркоу: он был не только экстравагантный распорядитель, но и один из немногих голосов разума в адском цирке, именуемом парламентом. И поэтому сегодня они написали о нем самые теплые и ламповые статьи, каких, согласитесь, очень редко удостаивается политик. “Би-Би-Си” посвятила полную инфографики статью о господине спикере, в которой подсчитала, что он произносил свое знаменитое “Orderrrr!” 14 тысяч раз.

Другим героем дня стал глава Лейбористской партии Джереми Корбин, объявивший – в привычной для него манере – о том, что намерен изменить страну и задать трепку не платящим налоги богачам и прочей сильной сволочи мира сего, а также национализировать почту, железные дороги, коммунальные службы и, кажется, все, что движется. А “Брекзит” он и его партия будут в случае победы вновь выдвигать на референдум.

И только один завсегдатай первых полос сегодня был скромен и незаметен. А ведь именно его стоило бы вытащить за ухо к доске и перед всем классом с пристрастием спросить: “Вот Беркоу обещал уйти 31 октября – и ушел. А напомни-ка нам, Бориска, что ты нам обещал сделать к 31 октября?”.

---

“Ни за что на свете не попрошу отсрочки “Брекзита”, – клялся Борис Джонсон (у которого, кстати, сегодня еще и юбилей – 100 дней в премьерском кресле). И попросил.

“Британия выйдет из ЕС 31 октября, иначе я лягу мертвым в канаву”, – божился он. Британия не вышла. Борис не умер и в канаву не улегся.

“Или парламент примет мои условия “Брекзита”, или я отзову свое предложение”, – кипятился премьер. Парламент не принял. Борис предложение не отозвал.

У нашего премьера потрясающий талант выходить сухим из любой воды. Никакое невыполненное обещание, никакой скандал с его участием, кажется, не способен навредить ни его карьере, ни его популярности.

В 1987 году Борис с помощью семейных связей устроился стажером в газету “Таймс” и написал туда статью об археологической находке. Когда статью опубликовали, случился скандал: молодой автор процитировал в ней историка Колина Лукаса и приписал ему слова, которые тот не говорил. Бориса выгнали – несмотря на то, что Колин Лукас был его крестным отцом.

Закончилась ли на этом журналистская карьера Бориса? Отнюдь. Он устроился в другое издание и стал корреспондентом “Дэйли Телеграф” в Брюсселе.

В бытностью свою еврокорреспондентом он сочинял оригинальные, но не очень правдивые заголовки о работе Европейской комиссии. “В Евросоюзе считают, что улитки – это рыба”, “ЕС угрожает британским розовым сосискам” и другие подобные перлы выходили из-под его пера в конце 80-х и 90-х. Пожалуй, именно его следует считать отцом-основателем всей парадигмы фейков о евробюрократии и кривизне огурцов.

Но когда он в 2015 году стал лицом антиевропейской кампании Vote Leave, никто и не вспомнил о том, что это выдумки.

Борис в 2003 году поддержал войну в Ираке.

В 2004 году в возглавляемом им журнале вышла статья, обвинявшая фанатов “Ливерпуля” в том, что они виноваты в трагедии на стадионе “Хиллсборо”.

(не знаете, что за “Хиллсборо”? Тогда представьте себе, что вы приехали в Израиль и начали там рассказывать, что евреев жгли в печах Освенцима, конечно, зря, но не то чтобы совсем уж ни за что. Представили реакцию? Ну вот, а в Британии так же отреагируют на “Хиллсборо”).

У Джонсона было множество интрижек, которые то и дело просачивались в прессу. Разлюбила ли публика его за это? Да нет, все скандалы были ему только на руку. Это принца Чарльза можно чихвостить всей страной за то, что он ушел от Дианы к Камилле, рассуждать о кризисе монархии и гадать, хватит ли ему совести в будущем занять королевский трон.

А к Борису это просто не прилипало: вся его карьера последних лет – от мэра Лондона до главы МИД и премьерского кресла – проходила на фоне скандалов о его любовных похождениях. И хоть бы что.

Но бог с ними, с девушками – дело молодое. А вот за что ему надо будет гореть в аду дольше других лидеров Консервативной партии, так это за участие в знаменитой кросс-партийной агиткампании с красным автобусом. Вместе с Найджелом Фаражем он катался по улицам Лондона на красном автобусе, на котором была написана легендарная фраза про £350 миллионов для NHS.

Обещание выйти из ЕС и пустить сэкономленные деньги на здравоохранение само по себе было нелепым. Это все равно как сказать: “Давайте упраздним армию, а сэкономленные деньги отдадим школам, пущай детишкам купят новые учебники”. Купиться на такое могли только очень малодумающие люди. К сожалению, в 2016 году их оказалось слишком много.

Борисовского подельника Фаража СМИ поджаривали уже на следующее утро после референдума. В передаче “Good morning, Britain!” ему пришлось признать заявление ошибочным.

Но как это сказалось на нашем мальчике? Да никак, он тогда преспокойно отправился готовиться к борьбе за премьерское кресло, и только неожиданная подножка от однопартийца и однокашника Гоува помешала ему его занять в 2016 году.

Были на его счету и различные более мелкие проступки, за которые в такой ханжеской стране, как в Великобритания, человека менее самоуверенного просто не пригласили бы на ужин. Например, когда он в своей колонке в “Дэйли Телеграф” сравнил мусульманских женщин в хиджабе с почтовыми ящиками.

Но Борис был и остается тем, кому все нипочем. Он, как крошка Цахес, похоже, встретил однажды фею, которая позолотила ему три волоска (в случае Бориса речь, конечно, о всей голове). И жители сказочной страны стали безотчетно и бесконтрольно его любить, даже когда он вытворял очевидные гадости.

Вот и эти выборы он инициировал не в последнюю очередь потому, что не сомневается в собственном успехе и успехе партии. И даже эти минуты, когда ему задают неудобные вопросы в парламенте, а он уныло от них отбивается, похоже, ничего не изменят. Согласно последним опросам, консерваторы по-прежнему продолжают лидировать в предвыборной гонке, и никакие скандалы в партии, невыполненные обещания, падающий фунт и сорванные дедлайны никакого значения, похоже, уже не имеют.

На снимке: лондонская нечисть сожалеет о том, что «Брекзит» вновь откладывается. Фото Getty Images