Маша Слоним. Беллами против нимби: экзистенциальный спор в деревне Коатс

В минувшее воскресенье в английской деревушке Коатс (Coates) прошла встреча местных жителей. Ничего особенного в этом нет: такие встречи, сходы, публичные слушания (называйте как угодно) — обычное дело, когда надо обсудить насущные для деревни проблемы, допустим, планы развития и возможные изменения. Подобные сходы и заседания местного совета с участием всех желающих регулярно проходят и в моей деревне, чем-то похожей на Коатс. Разница, пожалуй, лишь в том, что новости о наших посиделках в деревенском клубе не попадают в «большую» прессу. А о плане строительства дополнительных 24 домов в небольшой живописной деревне Коатс написали сразу несколько газет, в том числе лондонская The Times. 

Да, деревенька Коатс, расположенная в знаменитой части Англии Котсволдс, не простая. Она, как и деревня, в которой живу я, находится в одном из так называемых AONB — Area of Outstanding Natural Beauty («районов исключительной природной красоты»). AONB — это не просто определение живописной местности. Это статус, который присуждается району, где правила застройки и развития строже, чем в других местах страны. Таких районов в Англии и Уэльсе всего 38. И тем не менее, дело в данном случае не в этом. Газеты, включая солидную The Times, заинтересовались происходящим в Коатс по другой причине.

Полтора года назад большое старое поместье на окраине этой деревни приобрели глава многомиллиардной инвестиционной компании Мартин Беллами и его жена Дарина, дочь крупного российского бизнесмена, главы наблюдательного совета аэропорта «Домодедово» Валерия Когана. А месяц назад жители деревни получили брошюры от девелоперской фирмы с планом «развития и улучшения» Коатс, предложенным супругами Беллами. Как пишет The Times, предложение построить на прилегающем к деревне зеленом пространстве 24 новых дома, а также магазин, площадку для крикета и клуб было встречено в штыки. Местные жители, с которыми разговаривал корреспондент газеты, подчеркивали, что фактически не знают своих новых соседей, потому что они наведываются в свое поместье редко и всегда на вертолете.

Тут стоит сделать небольшое отступление. Я уже говорила, что живу в деревне, очень похожей на Коатс. В моей деревне, согласно последней переписи населения, 400 жителей, в Коатс — 600. У нас тоже нет магазина, школы и даже, страшно сказать, настоящего паба. Нет у нас и поля для крикета. И вот я пытаюсь представить, как мои соседи отнеслись бы к вмешательству в нашу размеренную жизнь «чужаков» и к их предложению «улучшить» ее путем девелопмента. Практически уверена, что реакция была бы похожей на ту, с которой встретили предложение жители Коатс.

И дело вовсе не в том, что Дарина Коган-Беллами из России, что она дочь миллиардера, а ее муж — богатый бизнесмен. Да, в английской глубинке до сих пор к людям со стороны относятся с подозрением, а стать «своим» в старой английской деревне почти невозможно. Но это касается не только иностранцев. У меня есть друзья-англичане, которые, поработав в Европе, вернулись в Девон, откуда они родом и который любят. Но в деревнях, где они купили себе дома, они так и не стали «своими». При внешне доброжелательном отношении соседей «понаехавшие» в глубинку англичане, как и я, остаются чужаками. Так что в данной ситуации российское происхождение одной из участниц этой истории совершенно ни при чем. 

Во всяком случае, в комментариях под статьей в онлайн-версии газеты The Times лишь пару раз проскочило упоминание о возможном российском денежном следе. Подавляющее же большинство читателей возмущалось не этим, а высокомерием и бестактностью новых жителей деревни. Некоторые даже посетовали, что супруги Беллами совершенно не правильно подошли к вопросу. Им бы вначале поближе познакомиться со своими соседями, рассказать им о своих планах, выслушать возражения, в чем-то уступить. В конце концов Беллами так и сделали, решившись встретиться с жителями. И это правильно. Но, думаю, жителям все равно будет тяжело смириться с планами «улучшения» деревни, в которой многие из них живут всю жизнь.

Во-первых, сельские жители в принципе, по природе консервативны и не любят перемен. Во-вторых, тут срабатывает еще и позиция «нимби» (NIMBY, то есть Not in My Back Yard — «только не в моем дворе»). Мы все «нимби», я — тоже. Мы понимаем, что население страны растет, что люди нуждаются в жилье, что молодежи сейчас очень трудно купить недвижимость и что застройка свободных пространств неизбежна. Да, мы с этим, конечно же, согласны. Но при условии, что нас лично это не коснется! 

Живя в «районе исключительной природной красоты», я и мои односельчане долго были уверены, что никогда не увидим на окраине нашей уютной деревни, в которой нет ни школы, ни магазина, уродливой стройки и новых домов, которые неизбежно изменят буколический характер старой английской деревни с домами из местного камня и крышами из камыша. Увы! Не так давно правительство в попытке обеспечить жильем как можно больше людей спустило местным советам квоту на строительство новых квадратных метров, не пожалев ни зеленый пояс, ни даже те самые «районы исключительной природной красоты». И в последнее время местные приходские советы, в которые в первую очередь и поступают заявки на новое строительство, все охотнее дают добро на «улучшения и развитие», даже если местные жители против (а они обычно против). Все просто: за выполнение квоты местные советы получают от центрального правительства дополнительное финансирование.

Точка в истории с попыткой семьи Беллами расширить и «улучшить» деревню в живописном Котсволд пока не поставлена. Приходской совет Коатс объявил, что будет две недели принимать комментарии и возражения жителей по электронной почте, а потом объявит о результатах. Но есть у меня опасение, что, как и в других подобных случаях, Коатс в ближайшие годы все-таки прирастет новыми домами, магазином, клубом и другими усовершенствованиями. 

Я буду с трепетом следить за развитием событий. Потому что, сочувствуя, конечно, молодым людям, которым трудно обзавестись собственным жильем, я сильно сомневаюсь, что дома, которые предлагают построить супруги Беллами в знаменитом живописном Котсволдсе, будут доступны молодежи по цене.

А еще, конечно, потому, что я «нимби». И мне не хотелось бы, чтобы исчезли «зеленой Англии луга», воспетые Уильямом Блейком и многими английскими поэтами.