Галина Юзефович — литературный критик, автор книг «Удивительные приключения рыбы-лоцмана: 150 000 слов о литературе» (2016 г.) и «О чем говорят бестселлеры. Как все устроено в книжном мире» (2018 г.). С 2020 года является автором и ведущей популярного видеоблога «Юзефович» на YouTube, в котором беседует с известными людьми, делая акцент на их литературных вкусах. С 2022 года живет на Кипре.
Этот материал — часть нового журнала «ЗИМА. МИР». В выпуске собраны ключевые события мира искусства, авторские путеводители по городам и портреты главных лиц русскоязычной эмиграции, которые меняют мировую культуру прямо сейчас. Заказать журнал можно по ссылке.
Сегодня, глядя на раззолоченный фасад российского официального православия, на котором кресты мирно уживаются с двуглавыми орлами, мы не видим ничего парадоксального. Уже много лет Русская православная церковь, по сути дела, является одной из ветвей власти. Однако такое положение возникло не одномоментно, а стало результатом долгого процесса, стартовавшего с распадом СССР и пришедшего к финалу вместе с окончанием периода легитимного правления нынешнего президента. Именно об этапах и извивах этого пути рассказывает в своей книге журналистка Ксения Лученко.
Взяв за точку отсчета празднование тысячелетия крещения Руси в 1988 году (тогда РПЦ впервые выступила на публичной арене не просто от лица государства, но вместе с государством), Лученко раскручивает историю церкви сразу в обе стороны — в прошлое и в будущее. При движении во времени назад главным героем оказывается отец Александр Мень — самый яркий представитель свободного, но не протестного православия позднего СССР и перестройки. В наши дни ключевая фигура — отец Алексей Уминский, запрещенный в служении и изгнанный из страны. Их судьбы, такие разные, но во многом похожие — две хронологические отсечки, два конца дуги, протянувшейся от хрупкой надежды в 1980-х до полного морального поражения православной церкви как институции в 2020-х.
Музыкальная журналистка и начинающая писательница (альтер-эго автора) из Беларуси уезжает в Нью-Йорк учиться в магистратуре и параллельно с этим начинает искать работу — примерно любую, главное, чтобы оставалось время учиться и писать. И находит ее в люксовом бутике французских свечей в Сохо — сначала продавцом на три дня в неделю, а после, к собственному ужасу и недоумению, менеджером и продавцом в одном лице, на полную ставку.
Что чувствует умный, образованный человек тонкой душевной организации, фактически выставленный в витрине вместе с восковым бюстом Наполеона? Как переживает капризы (хорошо, если не агрессию) со стороны покупателей и просто случайных зевак? Естественно было бы ожидать, что материал, собранный подобным образом, ляжет в основу надрывного автофикшена о тяготах эмигрантской жизни.
Но Татьяна Замировская делает нечто прямо противоположное: вместо того, чтобы «обратить глаза зрачками в душу», разворачивает их вовне. Вместо того, чтобы лелеять собственные обиды и травмы, с истинно довлатовским горьким юмором фиксирует бурлящую и завихряющуюся вокруг свечного магазина нью-йоркскую жизнь. Ее книга — это сразу и энциклопедия человеческих типов, и производственный роман, и — ну, да, книга о тяготах эмигрантской жизни, только не надрывная, а веселая, дерзкая и безжалостная.
От читателя жизнеописания ожидаешь по меньшей мере интереса, если не любви к собственно герою. В поклонниках группы «Гражданская оборона» и ее лидера недостатка не наблюдается, поэтому логично предположить, что именно им главным образом и адресована книга журналиста Александра Горбачева — первая полная биография музыканта. Все это правда, но есть нюанс: даже если вы, подобно автору этих строк, не питаете к Летову особой любви, вы можете найти в книге Горбачева многое, адресованное лично вам.
Главный герой сибирского музыкального андерграунда, самый смелый, странный и одинокий рокер эпохи гонений на рок, за свою сравнительно недолгую жизнь Летов проделал диковинную — и не сказать, чтобы особенно привлекательную — эволюцию. В конце 1990-х он становится «лицом» национал-большевистской партии, товарищем и единомышленником Дугина и Лимонова.
Александр Горбачев не пытается ни осудить, ни оправдать этот и другие выборы своего героя. Цель автора более амбициозна: показать неотделимость Летова от его времени. Судьба музыканта вобрала в себя всю эпоху — или, вернее, эпохи, в которые ему довелось жить со всеми их приметами и зигзагами. Обособленный мир матшкол (в одной из них учился старший брат Егора), тусовка московских концептуалистов, карательная советская психиатрия, эклектичный мистицизм конца 1980-х, беспощадная коммерциализация в 1990-е… Таким образом, «Он увидел солнце» оказывается, в соответствии с подзаголовком, книгой не столько о Летове, сколько о его времени — предмете куда более масштабном и, соответственно, более универсальном.
Проза Аллы Горбуновой — своего рода беззаконная комета на небосклоне не только российской, но и мировой литературы, ставшей в последнее время преувеличенно расчетливой и мастеровитой. Трудно отделаться от ощущения, что рукой писательницы водит трансцендентная сила — определенно не добрая, но всевидящая. Полностью внеположные категориям жанра, сюжета, кульминаций и развязок, тексты Горбуновой производят впечатление почти пугающей гениальности на стыке с безумием.
Ее новый сборник — пестрое собрание коротких текстов, не объединенных ни сюжетом, ни даже местом действия, но накрепко спаянных чувством пограничности, условности нашего бытия. Совсем рядом, за тонкой проницаемой мембраной дышит и ворочается мир иной — не враждебный, но бесконечно чуждый и непостижимый. Московская хипстерша Маша решает не уезжать с заснеженной подмосковной дачи, а вместо этого присоединиться к коммуне лесной нежити, обитающей по соседству. В Ленобласть возвращаются древние немые боги, и местная жительница Анна становится одной из них. Преподавательница философии в техническом вузе предлагает классификацию университетских сущностей, понемногу приходя к выводу, что живых людей среди них нет.
Рассказы Горбуновой начисто лишены формальных примет злободневности. И, возможно, именно поэтому складывающийся из них образ нашего времени — абсурдного, жестокого, иррационального — кажется таким узнаваемым и болезненно достоверным.
Если 25 лет назад вы искали убежища от реальности в детективах об Эрасте Фандорине, то именно для вас Виктор Дашкевич распахивает дверь в свою уютную альтернативную Российскую империю ХХ века. Во время Гражданской войны победил адмирал Колчак, поэтому и в 1980-е, на момент действия романов цикла, на престоле его потомки. Однако пройденная таким образом точка исторической бифуркации — не единственное отличие реальной России от России из романов Виктора Дашкевича. Параллельно с нашим миром в них существует мир, населенный дивами — могущественными и опасными созданиями, способными менять свой облик. Иногда дивы попадают в людской мир, и тогда их может подчинить своей воле человек, обладающий колдовскими талантами.
На рубеже XXI века любовь читателя к придуманному Акуниным надежному «русскому капитализму» была реакцией на кризис 90-х. Подлинно всенародная любовь к детективам Дашкевича, следствие в которых ведут частный сыщик «без страха и упрека» граф Гермес Аверин и его див-кот по имени Кузя, примерно той же природы. Настоятельная потребность укрыться от опасностей дня сегодняшнего в фантазийной России недавнего прошлого, где царят мир и законность, где в трудный момент элиты готовы пожертвовать ради простых людей жизнью, а за западной границей живут не враги, но друзья и партнеры, — вот что предопределило успех книг Дашкевича, обаятельных, увлекательных и удивительно оптимистичных.
Фото: CHRIS JACKSON/GETTY IMAGES Семья — выше картинки Хотя Уильям нечасто говорит о своём детстве — в отличие от того же…
Фото: личный Instagram Максима Галкина В интернете случайно набрел на снимок: Максим Галкин с рюкзачком на…
Марина Абрамович. Фото: Джордан Хеммингуэй Вначале был нос. Огромный, несообразный, несоразмерный ее детскому лицу. Непонятно,…
Dreaming in Equilibrium относится к тем редким крупным выставкам, после которых выходишь не уставшим, а, напротив, полным энергии. Занимая…
Ирис Лебедева, Андрей Звягинцев, Дмитрий Мазуров, команда фильма "Минотавр" «Минотавра» Звягинцева на минувшем Каннском фестивале…
Александр Молочников, кадр из выпуска на YouTube-канале Ирины Шихман Иногда ему снится Путин. Саша Молочников…