От стандартных формул — к личному балансу: взгляд косметологов на осознанный уход

У бренда LIBI & DAUGHTERS невероятно богатая история. Расскажите немного о ней. Правда ли, что у вас есть семейная книга рецептов? Что в ней хранится, как она выглядит? И действительно ли история вашей семьи берёт начало со времён Екатерины Великой?

Инна Солонтаи: Libi & Daughters — это история шести поколений женщин в одной семье. Знания о коже, о лечении, о сохранении молодости передавались только от матери к дочери. Никогда — сыновьям, потому что традиция должна была остаться внутри семьи. Я — шестое поколение, Любовь Андреевна — пятое. Мои дочери станут седьмым. 

А началось все с женщины по имени Либи — нашей прапрапрабабушки. В XVIII веке она была приглашена ко двору Екатерины II как личная белильщица. Тогда не существовало дерматологии как науки, были только цирюльники и белильщицы — женщины, которые отвечали за состояние кожи при дворе. Многие формулы, которыми мы пользуемся сегодня, берут начало именно оттуда. Рецепты записывались в книгу, которая передавалась по женской линии. Каждое поколение добавляло новые знания, учитывало открытия медицины своего времени, совершенствовало составы. Эта книга до сих пор хранится в семье. Страницы настолько старые, что их можно перелистывать только пинцетом.

Я получила ее, когда окончила медицинский университет и уже работала дерматологом. И в тот момент, когда поняла, что у меня будет дочь — стало ясно: пора выводить эту историю на новый уровень. Я выбрала ключевые рецепты, мы официально лицензировали их в ЕС, США, Великобритании, ОАЭ и других странах, построили медицинскую лабораторию в Будапеште и сделали мост между традицией и современной наукой.

Как это работает сегодня? Мы не производим массовую косметику. После консультации — очной или онлайн — мы составляем рецепт индивидуально. Он отправляется в лабораторию, где фармакологи вручную, в фарфоровых ступках, готовят каждую банку отдельно. Вручную, медленно и сложно – но по-другому нельзя. Каждая баночка, которая приходит к вам домой, сделана персонально для вас. И следующая будет уже другой — потому что кожа меняется. Она улучшается, и формула усиливается или корректируется под новый этап.

Любовь Андреевна: На выставке FACE в Лондоне к нам подошла профессор-дерматолог, владелица клиник в Европе. Попробовала средства. Вернулась на следующий день. Сказала: «У вас нет конкурентов. Здесь такого больше нет». И это сказал человек, который всю жизнь работает в эстетической медицине.

В вашей клинике используется комплексный подход: не только косметологические процедуры, но и исследование гормонального фона, рекомендации по образу жизни и питанию. Чем точно нельзя пренебрегать на пути к здоровой коже? И с чего вообще начинается этот путь?

Любовь Андреевна: Пренебрегать нельзя ничем. Кожа — самый большой орган нашего организма, и она напрямую связана со всеми системами. Очень часто первые признаки внутренних нарушений проявляются именно на коже, поэтому на первом приеме я всегда собираю анамнез, начиная с детства: чем болел пациент, как питается, какие препараты и БАДы принимает, какой образ жизни ведет. Важно и психоэмоциональное состояние. Сегодня уже никого не нужно убеждать в том, что стресс и образ мыслей влияют на работу организма. Центральная нервная система управляет всеми процессами, и то, как человек живет и думает, отражается в том числе на состоянии кожи.

В диагностике я часто использую немецкое медицинское оборудование компании Regumed — это метод предклинического скрининга. За 30–60 минут проводится сканирование организма и сопоставление частотных характеристик органов и систем с нормальными показателями. Если скрининг выявляет отклонения, я рекомендую дополнительную консультацию профильного специалиста: кардиолога, гастроэнтеролога, эндокринолога. Наша задача — не замаскировать симптом, а найти причину. Иногда мы можем сами корректировать состояние: у нас есть диагностическое и терапевтическое оборудование, которое позволяет мягко нормализовать многие процессы с минимальным медикаментозным вмешательством.

Единичный прыщ раз в несколько лет может появиться у любого — и так же самостоятельно пройти. Это нормально. Но если воспаления возникают регулярно, повторяются и с ними не удается справиться, значит, в организме есть системный дисбаланс.

Скажите, как дерматолог с огромным опытом: какие ошибки чаще всего совершаются при выборе ухода за кожей?

Любовь Андреевна: Главная ошибка — пытаться подобрать уход самостоятельно. Человек просто не может разбираться во всех нюансах профессионально. Это как попросить меня собрать двигатель автомобиля — максимум, что я смогу, это нажать на газ и тормоз. Так и с кожей: без специальных знаний легко ошибиться.

Я всегда советую хотя бы один раз обратиться к специалисту — желательно по рекомендации, к врачу, у которого есть реальные результаты. Универсальных средств «для всех» не существует.

Отдельная проблема современной косметологии — составы средств. Большинство уходовой продукции содержит большое количество химических компонентов и консервантов. Найти действительно качественные и чистые ингредиенты сложно, и стоят они дорого. Поэтому лучше купить одно качественное средство, чем целую линейку «на всякий случай» и думать, что вы экономите.

Еще одна распространенная ошибка — смешивать продукты разных брендов. Внутри одной линейки формулы обычно выстроены так, чтобы сочетаться друг с другом — иначе на кожу ежедневно наносятся разные консерванты и химические компоненты, которые между собой не согласованы (кстати, названия консервантов ни одна компания не раскрывает). Лучше самый простой уход, чем такая перегруженность средствами.

А если говорить о мифах, с которыми к вам приходят пациенты?

Любовь Андреевна: Люди часто приходят и говорят: «Хочу один раз уколоться — и забыть». Я всегда уточняю: «В каком смысле забыть? Что именно вы хотите забыть?» В ответ слышу: «Хочу ботокс во все зоны, чтобы всё натянулось, чтобы нигде не потело, чтобы лицо было идеально гладким. Буду приходить раз в полгода — и достаточно». Это, конечно, звучит почти как анекдот.

Что касается ботокса — важно понимать, что это сильнейший в мире токсин. Да, в неврологии он применяется по медицинским показаниям — при спастике, параличах, серьезных состояниях. В косметологии он может быть оправдан, но только тогда, когда действительно есть показания. Это не «витаминка» и не безобидная процедура ради эксперимента.

Еще один миф — что пациент может прийти и просто продиктовать врачу, что именно ему «уколоть». Если специалист без обсуждения соглашается выполнить любой запрос, я бы на месте пациента насторожилась. Эстетическая медицина — не ателье, где вы выбираете фасон платья и просите добавить бантик. Профессионал обязан оценить лицо, возраст, пропорции, состояние тканей и предложить решение. Иногда оно может не совпадать с первоначальным запросом — и это нормально.

Отдельная тема — качество препаратов. Средства высокого класса стоят дороже не случайно: это другая степень очистки, другое производство, зачастую те же фармацевтические мощности, где создаются серьезные препараты, к примеру, для онкобольных. Я всегда говорю: если нет возможности сделать самое лучшее — не делайте инъекции вовсе. Морщинки — это естественно, а осложнения и перегруженное лицо — нет.

Правда ли, что при беременности или онкологии косметологию делать нельзя?

Любовь Андреевна: Неправда. Можно — и довольно много, есть процедуры, которые абсолютно не вредны. В каждом случае нужно понимать состояние человека и подбирать то, что допустимо.

Какого возраста обычно ваши пациенты? Есть ли «типичная» возрастная группа?

Инна Солонтаи: От нуля и старше. Нет, я серьезно. Уход за кожей начинается с рождения. Ребенка купают — и после купания кожа должна быть защищена и напитана. Речь не о случайном креме с полки магазина. Ингредиенты должны быть высокого качества, их должно быть мало, подбирать нужно под конкретную кожу. Если такого нет, лучше ничего не мазать вовсе, у ребенка вырабатывается естественная липидная защита.

А в клинике обычно всё начинается с мамы. Она приходит, делает процедуры, разбирается в подходе — и потом «контрабандой» приводит мужа. Муж начинает ходить тихо, никому не рассказывая. А затем в клинике появляются дети, одна из самых частых причин обращения — акне. И здесь я всегда говорю: если подросток приходит уже с запущенной формой, это зона ответственности родителей. Ребёнок не обязан знать, что это лечится и что с этим можно работать системно.

Любовь Андреевна: Подростковое акне — серьезная психологическая нагрузка. В этом возрасте формируется самооценка, а ребёнок не может выйти из дома без плотного слоя тонального крема, боится близости, стесняется своего лица. 

К сожалению, стандартные протоколы лечения часто идут по жёсткой схеме: сначала антибиотики, которые подавляют воспаление, но влияют на микрофлору и иммунитет. Затем — ретиноиды или гормональная коррекция, включая назначение оральных контрацептивов девочкам в очень раннем возрасте. И финальный этап — изотретиноин. Да, во время приема кожа становится чище, потому что снижается выработка себума. Но это не всегда означает устранение причины. После завершения курса проблема возвращается, если внутренние факторы остались без внимания.

У меня был пациент, 27 лет, приехал из небольшого города. Привез огромную стопку анализов — потратил огромные для него деньги. Говорил, что уже в отчаянии, что не может построить отношения, чувствует себя изолированным. Мы пересмотрели все. Половина обследований оказалась ненужной, а важные вещи вообще не были сделаны. Работали постепенно — корректировали, наблюдали динамику. Он приезжал раз в несколько месяцев, потом реже. Сейчас появляется раз в год — уже просто для легкой коррекции рубцов лазером. Акне лечится — если подойти системно и терпеливо.

Какой уход необходим абсолютно любой коже, включая нормальную, без ярко выраженных проблем?

Любовь Андреевна:

Дальше всё зависит от возраста, генетики и образа жизни. У кого-то уже в 25 лет требуется активный уход — это особенности типа кожи, наследственность. А кто-то до 45 может обходиться минимальной поддержкой благодаря плотной коже, хорошему обмену веществ, правильному питанию и активному образу жизни.

Инна Солонтаи: Нужен профессиональный взгляд, который определит: есть ли патология или всё в норме, и какую систему ухода выстраивать дальше. Доктор должен смотреть не только на лицо, но и на кожу тела, состояние волос и ногтей. Всё взаимосвязано. Врач должен оценить вас комплексно и честно сказать: в вашем случае достаточно базового ухода — или, наоборот, нужно совсем другое. Иногда человеку кажется, что ему «срочно надо» что-то колоть или делать сложную процедуру, а на самом деле это ему вовсе не требуется.

Очень важно наблюдаться у одного специалиста. Доктор должен знать вашу историю, видеть динамику, понимать, как ваша кожа реагирует со временем. Когда пациент «скачет» от одного врача к другому, целостной картины нет — и хорошего результата тоже обычно нет.

И ещё принципиальный момент: если специалист выполняет любой запрос без анализа, это повод задуматься. Часто ко мне приходят пациенты после процедур, которые им были просто не нужны. Например, инъекции полимолочной кислоты или другие стимулирующие методики, когда кожа ещё не требует такого вмешательства. 

Наш принцип работы — идти от простого к сложному. Сначала нужно наладить физиологию кожи, чтобы орган начал работать сам, а не «держался» за счет инъекций, токсинов или аппаратных методик. Первый этап — убрать всё лишнее: неподходящие косметические средства, агрессивные компоненты, витамин С или ретинол, которые конкретно этому человеку в данный период не нужны. Затем даём коже то, чего ей действительно не хватает. Восстанавливаем нормальную физиологию — чтобы кожа работала так, как задумано природой. И только после этого можно аккуратно «нанизывать» более сложные процедуры. Если действовать наоборот, получается один шаг вперёд и три назад: потрачены деньги, усилия, а результат минимальный. 

Назовите ТОП-3 ваших любимых продукта из косметической линии LIBI & DAUGHTERS.

Инна Солонтаи: Первый — безусловно, пилинг № 79,5. Это уникальный продукт: его рецептура практически не менялась с XVII века. В основе — ферментированные травы. Когда мы снимаем ороговевший слой, который пропитан остатками макияжа, себумом и загрязнениями, мы освобождаем протоки сальных желёз. Кожа начинает работать правильно: себум выделяется в нужном количестве — не слишком много, чтобы образовывались воспаления, и не слишком мало, чтобы возникала сухость.

Кроме того, кожа получает сигнал: «слой потерян» — и включает процессы обновления. Ускоряется метаболизм клеток, улучшается цвет лица, повышается плотность тканей. Без инъекций, без аппаратных процедур — исключительно за счет внутренних ресурсов. Этот пилинг подходит круглый год и может использоваться не только для лица, но и для тела. Наши пациенты его обожают — это буквально домашний ритуал обновления.

Второй любимый продукт — антипигментационная сыворотка №72. Она быстро впитывается, подходит для всех типов кожи (кроме активного воспаления) и работает не только с уже существующей пигментацией, но и с её профилактикой. В составе — витамин С, пептиды, антиоксиданты и специальный фермент, который регулирует активность меланоцитов. С возрастом и под воздействием солнца кожа становится более склонной к гиперпигментации, и даже после лазерного удаления пятна могут возвращаться, если не работать с причиной. Эта сыворотка помогает снизить риск повторного появления пигмента.

Любовь Андреевна: Мой фаворит — питательные кремы линии (№ 61–65 и их вариации). Они различаются по составу масел и трав, но объединяет их одно: это именно питательные, липидные формулы. Мы принципиально не используем воду в основе этих средств. Водные кремы требуют консервантов и работают в основном на поверхности кожи. Липидные формулы близки по структуре к собственным кожным липидам, проникают глубже и поддерживают клетки на этапе их формирования.

Питательные кремы также отлично работают при сухости, раздражении, микротрещинах, после солнца или агрессивных воздействий. Это универсальный восстанавливающий продукт, который я рекомендую держать в домашнем уходе.

В целом, вся линия строится на принципе физиологичности: сначала восстановить естественную работу кожи, а не подменять её искусственными эффектами.