Илья Гончаров. Как я был Гретой Тунберг

На прошлой неделе знаменитая школьница (уже нет) и экоактивистка имела неосторожность поделиться твитом канадской писательницы Наоми Кляйн, в котором та призывала людей:

Speak up. Risk position and privilege. Doesn’t have to be on social media but it has to be somewhere. Write the letter. Sign the petition. Do it at work. Do it at home. War crime after war crime. #SaveSheikhJarrah #GazaUnderAttack

(Шейх-Джаррах — район Иерусалима, из которого власти Израиля выселили несколько арабских семей, что вызвало межэтническое противостояние и послужило поводом нынешнего конфликта).

Грета расшарила это в своем Твиттере с комментарием: 

Devastating to follow the developments in Jerusalem and Gaza… #SaveSheikhJarrah

Ничего кровожадного Наоми Кляйн не сказала — только призвала не оставаться равнодушными и везде, где можно, высказываться против военных преступлений. Вот только хештеги она использовала такие, которые используют сторонники палестинцев (ну и вообще она известный леволиберальный деятель, и ее пропалестинские взгляды ни для кого не секрет), и один из них повторила и Грета. 

Сторонникам Израиля этого оказалось достаточно, чтобы обозвать твит антиизраильским, а Грете Тунберг приписать желание напиться крови еврейских детей. Спохватившись, Грета (или кто там в соцсетях вещает от ее имени) добавила, что она за мир во всем мире: 

To be crystal clear: I am not «against» Israel or Palestine. Needless to say I’m against any form of violence or oppression from anyone or any part. And again — it is devastating to follow the developments in Israel and Palestine.

И вот тут в ярость пришли уже и пропалестинские воины социальной справедливости: how dares активистка Тунберг не быть за наших, неужто она хочет испить крови палестинских детей?

Обострилась та токсичная обстановка непримиримости и вражды, которую мы совсем недавно наблюдали на примере карабахского конфликта (и много десятилетий наблюдаем на Ближнем Востоке): эти не считают людьми тех, те не считают людьми этих, и все вместе ненавидят того, кто предпочитает не вмешиваться. И вот уже кажется, что у Греты нет выбора и ей надо определиться, кровь каких детей пить, а то ведь, чего доброго, кровь будут пить уже ее.

Я себя представил на минуту Гретой. «Вот я — Грета. У меня много энергии и времени переживать за некоторые мировые проблемы, которые близки мне. Разбираться в их нюансах, следить за тем, кто чего говорит и, в конце концов, вырабатывать свое отношение. Это касается, например, борьбы с глобальным потеплением.

Но у меня нет столько сил и энергии, чтобы разработать активную позицию по всем проблемам мира.

В частности, меня не хватает на Израиль и Палестину. Я просто не разбираюсь в том, кто там первый начал и кому эта война выгодна, и не хочу иметь мнение против кого-то. Не подкрепленное хорошим знанием фактов мнение все равно ведь не имеет значения.

Я очень за то, чтобы не умирали люди. Дайте, где подписаться за это, я подпишусь. Вот я, не очень вникая в ситуацию, перепостила твит писательницы Кляйн, который был, как мне показалось, за мир во всем мире. Но оказалось, что он за другое. Я уточнила, что имела в виду все-таки мир, но теперь меня чихвостят уже с обеих сторон. Вероятно, обе стороны мира на самом деле не хотят, а хотят победы себе и поражения противнику, но я уже жалею, что что-то сказала по этому поводу, в другой раз буду умнее и выступать буду только по тем темам, в которых что-то знаю.

И меня это стало печалить. Да, есть конфликты, в которых стороны желают уничтожения друг друга. Но они стали экспортировать свою непримиримость в широкие круги обывателей вроде меня, и мне уже слово поддержки людям нельзя сказать. 

Просто посочувствовать людям, оказавшимся в зоне военных действий, оказывается, теперь приравнивается к людоедству.

Я написала: «Ужас, что происходит в Газе». И я написала: «Спасите Шейх-Джаррах». И пусть те же самые слова пишут и сторонники Палестины — я-то не имела в виду солидаризироваться с ними, я просто обычный нормальный человек, который хочет, чтобы кто-нибудь спас Шейх-Джаррах. От межэтнических ли столкновений, от летящих ли из Газы ракет. Спасите, пожалуйста, этот район Иерусалима в принципе от зла. Кто-нибудь.

Но нет, я теперь почему-то кровопийца. 

Те же самые люди, которые смеялись надо мной, что у меня злое лицо, теперь говорят куда более злые вещи и призывают к куда более опасным действиям, чем то, что два года назад в ООН говорила я.

Я не знаю, как примирить арабов с евреями. Но я знаю, что распространение атмосферы нетерпимости по всей планете никак не поможет ни тем, ни другим.

Иногда «Спасите Шейх-Джаррах» означает просто «Спасите Шейх-Джаррах». Но очень горько от того, что люди разучились читать то, что написано.