«Хроники объявленной смерти». Колонка главного редактора

На том месте, которое до сих пор исключительно по инерции называется Российской Федерацией, стремительно зарождается новое государственное образование. Для терминологического удобства назовем это образование «Смутное Пятно Неизвестно Чего».

Если вы играли в «Растения против зомби», вы стразу поймете, о чем идет речь. Там, на одном из уровней, в огороде появляется плотный туман, под прикрытием которого зомби незамеченными двигаются в сторону газонокосилок, и понять, по какой из дорожек они идут, решительно невозможно.

Власти страны, которая теперь должна называться «Смутным Пятном Неизвестно Чего», ведут себя ровно таким же образом.

Они не объясняют собственных мотивов, а если вдруг решат что-то объяснить, говорят нечто, никоим образом не связанное с вопросом. Они путают показания, сваливают вину на абстрактные сущности вроде Коллективного Запада, а при попытке нассать им в глаза приклеивают патчи из божьей росы.

Мы так и не узнали, во имя чего все это делается. Русского бога? Русского будущего? Русского прошлого? Ради детей или могил? Это спортивный интерес или игромания, когда человек не может упокоиться, пока не перейдет на следующий уровень?

В один день, 21 сентября, мы стали свидетелями, возможно, самого стремительного и отчаянного побега из России ее собственных граждан, многие из которых разделяли игроманию и мысли о Великой России, но оказались не готовы положить на алтарь этих увлечений свои жизни. Едва ли кто-то из них принял это решение стратегически. Они бежали не в будущее, они бежали от настоящего, которое, как они думают, не настигнет их в казахских степях и горах Кавказа. 

Большинство из них обменяли относительное благополучие на полную неизвестность. Дальний родственник моих лондонских приятелей, получив повестку, уехал в крошечную деревню под Карагандой, где довольно скоро обнаружил, что туда не доходят деньги из России, работы нет, а гостеприимство селян не безгранично. Учитывая масштабы исхода, таких примеров тысячи, а, может, и десятки тысяч.

Скорей всего, когда временно схлынет призывной ажиотаж, многие вернутся домой. Так уже было весной, когда в марте уезжали просто от факта войны, но жизнь в Тбилиси и Ереване вдруг оказалась трудней, чем это планировалось.

Не знаю, правда, что трудней: жить в чужом городе без кредитной карты или в своем, где тебе только и остается сознавать, что ты нужен Родине разве что в качестве пушечного мяса.