КУЛЬТУРА

Мечты в равновесии: большая выставка Александра Колдера в Париже

Dreaming in Equilibrium относится к тем редким крупным выставкам, после которых выходишь не уставшим, а, напротив, полным энергии. Занимая всё огромное здание Фрэнка Гери в Париже и объединяя почти 300 произведений — от мобилей и стабилей до живописи, рисунков и ювелирных работ, — выставка удивительным образом сохраняет ощущение лёгкости, движения и остроумия.

Фото: Fondation Louis Vuitton

Контраст с предыдущим блокбастером Fondation — недавней ретроспективой Герхарда Рихтера — едва ли мог быть более разительным. Выставка Рихтера казалась монументальной почти до изнеможения: бесконечное шествие через десятилетия творчества, в итоге которого картины словно теряли жизненную силу под тяжестью собственного количества.

Колдер же, напротив, словно становится всё живее по мере движения по экспозиции. К тому моменту, когда я поднялась в Галерею 11 и увидела монументальную скульптуру Southern Cross (1963), мне всерьёз захотелось спуститься обратно в подвал и пройти выставку заново с самого начала.

Bougainvillier, 1947. Фото: Calder Foundation, New York / Art Resource, New York

Выставка приурочена к столетию приезда Колдера в Париж в 1926 году — город, сформировавший как его художественный язык, так и интеллектуальный мир. Недолго проучившись в Académie de la Grande Chaumière, он открыл мастерскую в Монпарнасе и начал работу над знаменитым Cirque Calder — удивительным миниатюрным цирком из подвижных проволочных фигур, акробатов, животных и реквизита, который сам художник приводил в движение во время представлений для парижского авангарда.

Колдер продолжал развивать Cirque Calder несколько лет, в итоге заполнив пять чемоданов артистами, реквизитом и животными. Вспоминая эти представления в 1952 году, он писал об «арахисе и экзотической граммофонной музыке», сопровождавшихся импровизированными звуками тамбуринов, тарелок и даже «картонной трубки, изображавшей рык льва». Фигуры, представленные в начале выставки, до сих пор обладают поразительной непосредственностью; трудно поверить, что многим из них почти сто лет. Не менее увлекателен и фильм Карлоса Вилардебо 1961 года, запечатлевший последнее исполнение цирка самим Колдером. Видео на крупных выставках нередко воспринимается как необязательное дополнение к экспозиции, однако здесь фильм действительно незаменим. Он раскрывает не только юмор и театральность Колдера, но и инженерное увлечение движением, балансом и импровизацией, лежащее в основе столь многих его поздних работ.

Париж познакомил Колдера и с художественными кругами, которые кардинально изменили его практику. Общение с такими художниками как Жоан Миро, Пит Мондриан и Марсель Дюшан подтолкнуло его к абстракции, а эксперименты с проволочной скульптурой радикально пересмотрели само представление о скульптурной массе. Критики поначалу не понимали этих линейных конструкций, которые словно рисовали в пространстве, а не занимали его. Однако именно эта кажущаяся невесомость позволила Колдеру заново изобрести скульптуру XX века. Не менее важным оказалось и посещение мастерской Мондриана, подтолкнувшее художника к первым опытам абстракции и в конечном итоге к созданию парящих в пространстве форм, которые Дюшан в 1931 году назвал «мобилями».

Колдер в своей парижской мастерской, 1929. Фото: André Kertész

Вернувшись в США в 1933 году, Колдер вновь приехал в Париж в 1937-м, чтобы создать Mercury Fountain для Испанского республиканского павильона на Всемирной выставке, где работа была показана рядом с Guernica Пикассо. Созданный в знак солидарности с республиканцами во время Гражданской войны в Испании, фонтан превращал ртуть из шахт Альмадена в необычайно оригинальное политическое и одновременно скульптурное высказывание. Сегодня сама работа хранится в Fundació Joan Miró, а на выставке Fondation Louis Vuitton представлен макет, созданный Колдером для его ретроспективы в MoMA в Нью-Йорке в 1943 году. Даже среди многочисленных экспериментов с движением и равновесием, представленных на выставке, Mercury Fountain сохраняет странную, почти гипнотическую силу.

Особенно ясно выставка демонстрирует то, в какой степени именно движение стало главным художественным материалом Колдера. Если некоторые ранние мобили приводились в движение моторами, то большинство работ здесь реагируют лишь на движение воздуха и людей в залах. Ничто никогда окончательно не замирает. Соотношения цвета, линии, тени и пространства постоянно меняются, так что ни один зритель не видит скульптуру одинаково. Кураторы прекрасно это понимают. Во многом успех выставки связан с продуманным светом, превращающим галереи в постоянно меняющийся театр теней. Даже самые крупные работы словно парят в воздухе, а их силуэты скользят по стенам и полу с такой деликатностью, что выставка никогда не кажется перегруженной, несмотря на её масштаб.

Одним из самых приятных сюрпризов становится зал, посвящённый украшениям Колдера — или, как он сам их называл, «портативным скульптурам». Вдохновляясь природными формами, античностью и найденными материалами, Колдер создавал ожерелья, броши и браслеты из фрагментов керамики, проволоки и металла — часто для своей жены Луизы и близких друзей. Эти работы открывают более интимную и личную сторону его творчества. Следующий зал предлагает уже другой тип портрета: фотографии Колдера, сделанные такими мастерами как Ман Рэй, Анри Картье-Брессон, Ирвинг Пенн и Виджи. Вместе эти изображения показывают Колдера не только как создателя объектов, но и как перформера, собеседника и яркую фигуру авангарда XX века.

Lily of Force, 1945. Фото: Primae / Louis Bourja

Выставка завершается на верхнем этаже скульптурой Southern Cross (1963), словно специально созданной для стремительной архитектуры Гери. Работа высотой более шести метров первоначально стояла на ферме Колдера в Роксбери, штат Коннектикут, и является одной из немногих монументальных скульптур художника, созданных не по заказу. В ней воплощён главный парадокс искусства Колдера: грандиозность и одновременно невесомость, инженерная точность и поэтичность, устойчивость и постоянное движение. Тщательно выстроенный свет проецирует гигантскую тень скульптуры на стены галереи, превращая её почти в нематериальный образ.

Расположенная рядом скамья словно приглашает к созерцанию — и именно здесь становится окончательно очевидным главное достижение Dreaming in Equilibrium. В отличие от столь многих современных блокбастеров, эта выставка не рушится под тяжестью собственного масштаба. Напротив, она сохраняет чувство любопытства, игры и непредсказуемости, лежащее в самой основе искусства Колдера.

Dreaming in Equilibrium проходит до 16 августа 2026 года. Подробности и часы работы — на сайте Fondation Louis Vuitton.

Также стоит посмотреть в Париже:

Рут Эддисон

Новые статьи

Ложь, лес и маятник. Какие они, книги-финалисты Pushkin House Book Prize 2026?

Алена Леденева. Russian Pendulum: Paradoxes, Practices and Patterns (UCL Press) Леденева, профессор UCL, тридцать лет изучает…

5 часов ago

Александр Незлобин: «Юмор строится на боли и правде»

архив Александра Незлобина. Фото: German Prokopev — Я перед нашим разговором читал ваши старые интервью, и мне…

8 часов ago

Попытка восхождения: разговор о музыке с Леонидом Десятниковым

Когда: 17 сентября 2026 года, начало в 19:00Где: October Gallery, 24 Old Gloucester St, London WC1N 3AL  Леонид Десятников – один…

9 часов ago

Для хорошего лета: 8 детских книг, с которых начинается любовь к чтению

Фото: shutterstock Вопрос «Как заставить ребёнка читать?» кажется нам неправильным. Мы вообще против любых «заставлений»,…

3 дня ago

Детективы и целибат: почему британцев заранее возмущает новый Пуаро

Дэвид Суше и хью фрейзер в сериале "пуаро агаты кристи" (1989–2013) Говорят, Дэвид Суше зажимал…

3 дня ago

«Дау» всегда живой: главные сенсации 83-го Венецианского кинофестиваля

Илья Хржановский и Марина Абрамович на съемках фильма "ДаУ". Фото: ПРЕСС-СЛУЖБА 2 сентября остров Лидо…

4 дня ago